Туман и Молния. Часть I

Изначально поставленный на колени у деревянного столба, он сидел сейчас перед ними, поджав ноги под себя, прижавшись к столбу как-то боком. Руки выкручены назад и заведены за столб. Запястья крепко схвачены стальными наручниками и задраны вверх. Цепь от наручников специально была закреплена на крюке слишком высоко, так, что руки буквально выкручивались из суставов, не позволяя распрямить спину.

– Никто, – Орёл вздохнул, – давай договоримся, ты сейчас честно отвечаешь на наши вопросы, и мы делаем укол.

Никто всё же сумел повернуть голову и взглянуть снизу вверх на Орла:

– Зачем вы ломаете меня? Ты разве не князь, не свободный господин из «Верхнего»? Мы из разных миров, и наши пути никогда не пересекутся. Я не представляю для тебя лично никакого интереса, чей приказ ты выполняешь, когда допрашиваешь меня? Не думал, что князь кому-то служит! Кому ты подчиняешься? Тайной полиции короля? Ты выполняешь их приказы?

Лицо Орла исказилось:

– Это тебя не касается! – мыском сапога он насильно поднял подбородок Никто ещё выше, заставив того зажмуриться от боли в выкрученных руках.

– Здесь я задаю вопросы, а не ты!

–Заставь его целовать твой сапог! Арел! Пусть эта грязная «полукровка» поймёт, с кем имеет дело! – зарычал Тол.

Он подошел к Никто и сжал его голову в своих ручищах:

– Давай, Арел, вмажь ему ногой по харе!

– Тол, прекрати, – сказал Лис.

– Арел, ты только посмотри на это! – Тол рукой в кожаной перчатке насильно раскрыл рот Никто, демонстрируя им его длинные, нечеловеческие клыки:

– А на руках когти! Он мерзкая, «нечистая полукровка»! И эти татуировки у него на щеках! – Тол сжал скулу Никто в своих крепких пальцах. – Ты только взгляни: похоже на буквы «нечистых». Словно у него на лице что-то написано!

Орел встретился с Никто взглядом.

Он не был похож даже на простолюдина, и его с лёгкостью можно было назвать красивым, если бы ни шрам, который пересекал наискосок лоб и всю правую сторону лица, разваливая щёку так, что казалось, ещё немного, и станут видны коренные зубы.

– Оставь его! – приказал Орёл Толу.