Мечта хранимая. Цикл «Мечтатели»

– Правда, это была, скорее, философская тема… Ты не устал? От того, что всё идёт вот так?

Нармиз пожал плечами:

– Если «устал» в прямом смысле, то нет. А если в продолжение недавнего разговора… – Альден обозначил кивок, – я по-прежнему считаю, что у тебя заниженная планка. Последние годы выдались достаточно спокойными, но считать их золотым веком можно только сравнительно с тем бедламом, который был ранее. Только.

– Золотым веком, как правило, называют период перед большой встряской. – Альден задумчиво повертел бокал в пальцах: – И даже я не хотел бы его наступления… О?

Ещё несколько секунд он вглядывался в отражение, подтверждая догадку, – и рассмеялся в голос.

Справа послышался вздох Нармиза: тот обо всём догадался и тоже оценил нелепость ситуации. Правда, в его случае благодушная расслабленность традиционно уступила место не пробивному энтузиазму, как у самого Альдена, а суровости и собранности.

Далеко за горами, примыкавшим ко дворцу с западной стороны, прорезая наступившие с уходом солнца сумерки, плясали молнии.

Ярко-фиолетовые молнии, без малейших признаков туч на небе и грома.

– Я надеюсь, это не та самая большая встряска, – озвучил висевшую в воздухе мысль Нармиз, вставая и подходя к краю площадки.

– Будем надеяться вместе. Хм… Не могу припомнить фиолетовый.

Император на несколько секунд задумался, потом залпом допил свой бокал.

– Собираешься туда? – Нармиз поднял брови.

– Ага. Чего тянуть? – Альден махнул рукой, и они пошли к отверстию спуска с площадки.

 – А ты?

– Пожалуй, воздержусь. Это ты любишь врываться в гущу событий, а мне больше нравится смотреть на людей через месяц-два, в спокойной обстановке. Тем более, если попадётся кто-то нервный, морочиться с этим будешь ты. А я, в случае чего, подойду потом с передовыми отрядами…

– А если меня убьют? – наиграно возмутился Альден.

– Тогда моя правота будет доказана в полной мере, о чём я и объявлю на твоих похоронах.

– «Сократ мне друг, но истина дороже»?

– Нет, «строчки устава написаны кровью».

Шутливо переругиваясь, два правителя покинули башню и разошлись в разных направлениях – один пошёл в покои, а второй направился на крышу дворца.

В жизни безымянного мира под светом безымянной звезды начинался новый период.

Глава 1

Громкий хруст возвещал прохожим, что по улице иду я. Даже странно, снега нет, а по звуку – как будто стены ломаются.