Туман и Молния. Книга 16

Корсу стало не по себе, и он ушел, и, может быть, после того как он ушёл, Никто и Арел продолжили и вдвоем мучили свою жертву. А ведь Элис был командир их армии, и ему нужно было выполнять дела и решать множество разных вопросов. Но, похоже, это никого не волновало, и Лис был вынужден носить маску и претерпевать тотальное унижение от безумного князя. Корс сейчас твёрдо решил, что будет просить за него, просить отменить это глупое и неуместное наказание, в котором не было никакого смысла.

Лис встал, и от Корса не скрылось, как невольно исказилось его лицо.

– Элис, – Корс вдруг подумал, что у бедняги даже нет нормальной фамилии, а вместо неё женское имя его матери-шлюхи. И Корс, называя его по фамилии, называл его женским именем. Каково это, отзываться на имя шлюхи?

– Лис… я пришёл помириться. И сказать, что мне очень жаль, я сочувствую и считаю несправедливым то, что сейчас происходит.

– Мне без разницы, – сказал Лис, и колокольчик звякал от каждого его слова.

– А где Карина?

– В гостях у Лилы.

– Ты её отпустил?!

– Она устала от меня, и она закрыта.

– Знаешь, – Корс запнулся, но тотчас решительно продолжил, – я забыл, что ты делал с Кариной. Ты её муж. И я буду просить Ника и Арела перестать мучить тебя.

– Мне не нужен защитник, – резко бросил Лис, – и твои ухмылки. Проваливай!

Корс протянул ему аккуратную стопку бумаг:

– Это называется логистика.

И Лис взял листы:

– Спасибо, – сказал он.

– Э… Лис, сколько тебе лет?

– Тридцать два.

– Сколько?!

– Тридцать два, может, чуть меньше или чуть больше. Но примерно тридцать два.

– Может, больше?

Лис покачал головой:

– Нет, я помню. Даниэль Красс спрашивал у матери. И потом, мне отец тоже сказал.

– И когда у тебя день рождения?

– Ну, прямо точное число я не знаю, конечно.

– Честно, без обид, но нет. Ты выглядишь старше. А получается ты немногим старше Карины, и вы совсем молодые были, когда встретились.

– Да, – сказал Лис, – но я уже несколько лет воевал на стороне красных тогда.

– Я думал, тебе минимум тридцать пять. Получается, что если бы не Ник, ты бы и до тридцати пяти не дожил. Просто умер бы от туберкулёза или язвы.

– Или погиб в бою.