Туман и Молния. Книга 12

А-а-а, наверное, ты имел в виду моих людей, моих крестьян-ополченцев? Сколько их было? Больше двухсот, и они храбро сражались. И кого мне поздравить? Они все погибли.

– Не все, – ответил Лис тихо. – Около десяти осталось.

– Как здорово! У меня больше нет людей, Лис. Из моих крестьян вы сделали воинов. А теперь нет ни воинов, ни крестьян. Земля не обработана и урожая не будет. Оставшиеся в Имении умрут от голода. Вы лишили меня всех подданных. Ты, Лис, бросил моих людей в мясорубку красных.

– А что мне оставалось? Выставить благородных чёрных Корса?

– Я не знаю, – пожал плечами Арел, – ты у нас гений стратегии.

– Прости, князь, – сказал Лис серьёзно. – Прости, ничего личного.

Арел смотрел на него равнодушно:

– Мне всё равно. Плевать. Лис, не утруждай себя.

– Лис использовал тактику красных, – сказал Корс. – Красные поклоняются огню, для них люди словно спички. А люди всё-таки не спички, чтобы их жечь коробками! Я был с самого начала против этого!

И Лис не выдержал:

– Да что такое! Что бы я ни сделал, никогда не буду вам ровней! Вы меня как говно воспринимаете! Демон меня воспринимает как говно, Корс истинный чёрный, воспринимаешь меня как говно, вы не охренели?! Я всё делаю! И благодаря моему плану вы здесь! Сделайте лучше! Что не сделали?! Пользуетесь плодами моего труда, купаетесь в тёплых ваннах и срёте мне на голову!

– Я не сру тебе на голову, – сказал Никто.

– И я тоже, – не заставил себя ждать Корс, – Мы тебе благодарны.

– Да пошли вы!

– Лис, я прикажу собрать всех на площади, чтобы ты, наш самый главный и любимый военачальник, поздравил всех с победой.

– Да! – огрызнулся Лис. – Собирай. Сейчас отведу Маркуса и приду. – Он потянул цепь:

– Маркус вставай и иди за мной.

– Привяжи его! И надень маску,– крикнул Никто ему вдогонку, но Лис не ответил и не обернулся.

– Собираемся внизу, – сказал Никто, когда Лис ушёл. – Нужно позвать Карину. Валин! Позови Карину, быстро.

И Валентин бросился выполнять, но то ли он ещё плохо ориентировался в новой обстановке, то ли очень спешил, как вдруг, не вписавшись в дверной проём, он с размаху налетел на дверной косяк, впечатался в него на всей скорости.

– О-о-о, твою мать! – произнес Никто. Корс подошёл к мальчишке, склоняясь над ним. Валентин тихо застонал, слабо мотая головой из стороны в сторону, зашевелился и медленно сел.