Контрабанда Комарно

Он был уже далеко не молод, глубокие морщины избороздили его лицо, взгляд его серых глаз был усталый и грустный, видно, что в жизни своей повидал капитан немало.

Отечественная война изменила судьбы каждого и на всех оставила свой отпечаток.

В сорок втором году Пётр сбежал на фронт. Будучи семнадцатилетним мальчишкой, подделал свой возраст и ушел воевать. В сорок пятом был ранен в плечо и отправлен на лечение в госпиталь в родной Горький, откуда, к счастью, на фронт он уже не вернулся – ведь советские войска победили.

После войны Петру было тяжело восстановиться, ужасы, пережитые на фронте, не давали ему спокойно жить дальше. Семьи и дома у него не осталось, достойной работы тоже не было, а учебу он бросил, когда сбежал на войну.

Ничего не держало его в этом мире, и он совершенно не видел смысла в своём существовании.

На счастье, в город приехал фронтовой друг Петра – Максим Авдеев, которого он вытащил из горящего танка.

Максим приехал работать на грузовом тягаче и позвал Гурьянова с собой, у них как раз не хватало одного матроса, а Пётр, недолго думая, согласился.

Теперь Пётр Филиппович стоял и смотрел вдаль с высоты горьковского кремля. Панорама оттуда открывалась потрясающая: слева виднелась знаменитая «Стрелка» – место встречи величественной Матушки-Волги с молодой Дочкой-Окой; прямо, за речным вокзалом, гордые белоснежные пассажирские суда, плоские темные груженые баржи, ведомые маленькими, но шустрыми толкачами, грузные медлительные паромы и шустрые рыбацкие лодчонки сновали по реке туда-сюда, создавая непрерывную толкотню.

Дальше, за рекой и зеленеющими заливными лугами, открывался вид на небольшой город Бор, который славился на весь Союз своим крепкими и добротными изделиями из стекла.

Деревянные дома окраин города плавно перетекали в лесополосу, которой, казалось, не было видно конца.

Небо сегодня было хмурое. Свинцовые облака плотным слоем нависли над городом. Того и гляди, пойдет дождь. Весь день хмурился и капитан «Комарно» – совсем не радовал его непредвиденный ремонт теплохода в самом разгаре летней навигации, который ещё, ко всему прочему, затянулся на целую неделю.