Порочный плен

Но фасон платья специально сшит так, чтобы приподнимать грудь, которая теперь заметно выступает из откровенного декольте.

Смотрюсь в зеркало, обратив внимание, как на фоне черной ткани платья моя светлая кожа стала практически белоснежной. Силуэт красиво сидит по фигуре, и если бы я посмотрела на себя со стороны, наверно, я могла бы сказать, что эта девушка выглядит сексуально.

Подкрашиваю глаза, затемнив внешний угол черными тенями, и наношу немного туши на ресницы. Взгляд ярко-голубых глаз сразу становится выразительней и горит огнем предвкушения.

Выхожу из ванны и Элис осматривает меня, уже одетая в еще более откровенное платье, с открытой спиной и глубоким треугольным вырезом на груди.

– Мишель, ты просто бомба, – ее восхищенный взгляд еще больше придает мне уверенности.

– Ты так думаешь? – смущенно улыбаюсь.

– Одень туфли и будешь выглядеть еще шикарней, – в ее голосе нет ни капли притворства.

Одеваю туфли и смотрюсь в зеркало, которое висит на стене. Его размер позволяет рассмотреть себя в полный рост.

Заказываем такси и едем по нужному адресу.

Через двадцать минут машина останавливается у трехэтажного здания каких много в Берлине, в стиле старого города.

– Так ты хотя бы сейчас мне скажешь куда ты меня привезла? – пытаюсь выяснить хоть что-то от Элис, когда мы подходим к входу.

– Сейчас все увидишь, – заговорчески улыбается и нажимает кнопку звонка.

Через минуту дверь открывается, в которой загородив буквально весь проход стоит лысый здоровенный мужчины в черном костюме.

Осмотрев нас, он спрашивает что-то на немецком, и Элис тут же отвечает ему. Открыв дверь пошире, мужчина пропускает нас.

Проходим в небольшой темный холл. С красной неоновой подсветкой по периметру потолка, где расположено окно кассира. Расплачиваемся за вход, который даже по американским меркам стоит приличных денег, и спускаемся вниз по лестнице. Уже в холле я слышала слабые звуки музыки, но когда мы начали спускаться по лестнице, звуки стали отчетливей, и я начала понимать, что это какой-то ночной клуб.

Оказываемся в огромном темном зале с лазерной подсветкой, которая словно прорезается сквозь дым, выпущенный из специальных пушек. Здесь вовсю грохочет музыка. Но она не быстрая, а медленная и словно завораживающая. Исходящие от нее вибрации разливаются по телу приятными волнами.