Соперники

Дождавшись, пока он сядет, я присела напротив за конференц-стол.

Скрестив руки на груди, я внушительно сказала:

– Вчерашнего вечера не было.

Самодовольная улыбка расплылась на его раздражающе красивом лице.

– Но он же был.

– Ладно, сформулирую иначе: мы притворимся, будто ничего не было.

– Почему я должен это делать, если я могу закрыть глаза и живо вспомнить эти сладостные минуты? – Развалившись на стуле, он закрыл глаза. – О-о, а вот это я планирую пересматривать и пересматривать… А звук, который ты издала, когда кончила у меня на члене, – его мне не забыть, даже если я очень постараюсь…

– Локвуд! – рявкнула я.

Он тут же открыл глаза.

Вскочив со стула, я подалась вперед. Стол был королевских размеров – до Локвуда мне было не дотянуться, но так легче было заставить его не отвлекаться.

– Слушай меня. Вчерашний вечер был ошибкой размером с Техас. Этого не должно было случиться. Даже если забыть, с какой неприязнью я к тебе отношусь и как презирают друг друга наши семьи, я здесь ради работы.

Вестон смотрел мне в глаза не моргая, но я видела, что его тугие мозги пришли в движение. Потерев большим пальцем губу, он сел прямо.

– Хорошо, мы можем притвориться, что вчерашнего вечера не было.

Я прищурилась. Он сдался подозрительно быстро.

– А в чем подвох?

– Почему ты думаешь, что есть подвох?

– Потому что ты, Локвуд, нарцисс и скотина, который считает, что женщины – игрушки, созданные специально для него.

Он поправил узел галстука.

– У меня три условия.

Я покивала:

– Ну конечно…

Он поднял указательный палец.

– Первое. Я хочу, чтобы ты называла меня не Локвуд, а Вестон.

– Что?! Чушь какая! Какая разница, как я к тебе обращаюсь?

– Локвудом все называют моего отца.

– И что?

– Если тебе больше по сердцу, можешь называть меня мистер Локвуд, так мне будет даже приятнее.

В его словах мне почудилась определенная логика, хотя этим дело наверняка не ограничивалось. Вестон не стал бы расходовать одно из своих волшебных желаний, чтобы облегчить жизнь персоналу, за это я головой ручаюсь. Но эту просьбу я еще могла принять.

– Так. Дальше?

Вестон приложил к уху руку:

– Дальше… и?

Я повела подбородком:

– Ты сказал, у тебя три условия.