Дом пустых сновидений

И точно: через секунду Альма воинственно вскочила и принялась голосить, проклиная бедного парня такими словами, о существовании которых Аспен даже не подозревал.

Глянув украдкой на наручные часы, Аспен успокоился: было еще слишком рано, чтобы соседи вызвали полицию из-за превышения уровня шума или еще какой глупости, но все же ему страшно захотелось как-нибудь успокоить Альму.

– Альма, остановись, пожалуйста… – И тут его взгляд упал на ее ноги. Все в засохшей грязи, будто она ходила по лужам босиком, да еще и комки грязи раскрошились по дивану, а теперь и по ковру – ведь Альма топала как стадо буйволов, выпущенное на свободу.

– Это еще что за?.. Почему ниже пояса ты выглядишь как Шрек?!

– Отвяжись, – напыжилась Альма, недовольная то ли из-за обидного прозвища, то ли из-за того, что ее монолог прервали.

– Нет, не отвяжусь! – Аспен повысил голос, вскакивая. – И кстати, от тебя дурно пахнет. Действительно воняет. – Он демонстративно зажал нос большим и указательным пальцами, а другой рукой сделал знак идти в душ.

– Ты что, упала в сточную канаву?

– В Эттон-Крик всегда ужасная погода, – проворчала Альма. Сбросив с плеч покрывало, точно оперная певица, сбрасывающая на сцене шаль, она недовольно скрестила руки на груди. Аспен закатил глаза и заметил, что покрывало теперь тоже нуждалось в стирке, но об этом говорить Альме он уже не стал – не хотел лишний раз расстраивать. Она всегда была жуткой грязнулей. Оставаясь на ночь в доме дедушки и бабушки, она только за ночь успевала навести такой беспорядок, что создавалось впечатление, будто на дом совершили набег какие-то безумцы.

– …И я не знаю, какой такой гений додумался рыть вокруг дома окопы… – гневно закончила она.

Ах вот оно что! – понял Аспен.

– Ты рехнулась? Там ведь стоит ограждение и предупреждающий знак! Ты могла запросто свалиться в канаву и свернуть себе шею!

– Только не надо меня учить! – заорала Альма в ответ. – У меня ведь не глаза-фонари!.

Аспен сдался:

– Ладно, просто иди в душ. Иди.

Он подтолкнул ее по направлению к ванной комнате и крикнул вслед:

– Можешь взять мою футболку и штаны!

Когда Альма удалилась, что-то бурча себе под нос про «невыносимых мужланов», Аспен собрал с дивана грязное покрывало и кинул под дверь ванной. Потом пропылесосил в гостиной и только после этого отправился на кухню, прихватив мороженое Альмы, чтобы вернуть в морозилку.