Шкаф с ночными кошмарами

А теперь в кого ты превратилась, Леда? Ты все больше и больше напоминаешь мне ее – твою мамашу! – рявкнул он, снова ударив Леду по лицу. Ее голова стукнулась о пол, острая боль пронзила виски и шею. Леда застонала и перекатилась на спину.

– Это был детектив…

– Я знаю, кто это, маленькая шлюшка! Я все, я все видел! Видел, как вы смотрели друг на друга! Это просто детектив, говоришь ты? Я видел, как загорелись твои глаза, когда он касался тебя! Как нежно он поднял тебя на руки. Думаешь… – удар по ребрам, – ты, – вновь удар, – нужна ему?! Никогда!

Леда закашлялась, и кровь смешалась со слезами.

Нет. Сделала.

Она захотела освободиться. Никто никогда не отпускает заключенных раньше срока. Их, скорее, преждевременно отправят на казнь, ударят по ребрам сто двадцать раз, разобьют лицо и вырвут волосы с корнем.

Отец вновь присел на корточки.

– А была такая невинная девочка… – шепнул он, нежно касаясь ее белых волос. Лицо Леды превратилось в месиво, кровь запуталась в серебристых прядях, собралась вокруг головы в густую багряную лужу.

Сколько еще крови осталось? Когда она полностью вытечет?

– Я никогда не позволю тебе уйти, моя девочка. Ты только моя.

И Леда на мгновение вернулась в далекое детство, когда отец впервые подарил ей мягкую игрушку. Он тогда спросил:

– Ты любишь папу?

И она ни капли не сомневалась:

– Да, люблю. Конечно, папочка!

– Тогда ты должна делать все, что я попрошу тебя, верно?

И тогда малышка Леда вновь кивнула, не понимая, о чем идет речь.

Только в ее фантазиях Принц был не собакой, а настоящим злым драконом. Пес не знал о желаниях своей маленькой хозяйки, он только тыкался носом в ее одеяло, прося его впустить, жалобно скулил. А когда Леда вынырнула из-под одеяла, ставшего горячим от ее дыхания, Принц лизнул ее в мокрые от слез щеки.

Это было в далеком детстве, и, повзрослев, Леда больше не интересовала отца. Раньше он был нежным, сейчас – жестоким. Раньше он не позволял ей прятаться в шкафу среди выпотрошенных ею игрушек, а сейчас не позволял уйти, потому что она сама превратилась в игрушку.

– Детектив Дин – никто, – прохрипела Леда сквозь кровь в горле. – Он никто.

– Правильно, моя маленькая девочка.