Мир внизу

Сириус с опаской поглядывал на меня, морально готовясь к чему-то подобному.

Черт. Черт, Айроуз.

Зачем тебе медленно, по кусочкам уничтожать мою жизнь через этого выскочку Лиама?

Почему бы тебе просто не разжаловать меня?

Почему бы тебе просто не придушить меня подушкой, пока я сплю?

Или отправить его в мою комнату снова, чтобы это сделал он?

– Ты не сделаешь этого. – Я подняла взгляд на Сириуса. Он лишь сокрушенно покачал головой.

– Айроуз предупредила меня, что в этом случае последует. Меня депортируют обратно на Седьмую.

– С какой стати? – Ситуация теряла последние крупицы адекватности. – Айроуз может думать себе что угодно, но она здесь не главная. Отец конечно же не допустит твоей депортации!

– Уже допустил. – Сириус грустно извлек из-под груды бумаг указ – прямоугольную карточку с кратким изложением сути, на которой засохла, впитавшись в серые поры, оранжевая печать с четверкой. Принадлежавшая моему отцу.

«За нарушение прямых приказов», «мера пресечения», «депортация на Седьмую станцию»… Читать дальше текст утвержденного приказа не имело смысла.

Айроуз постаралась, уверена. Решила подстраховаться. Наверняка подсунула отцу эту бумажку с ворохом других, менее важных, вот он и не заметил. Но все равно…

Я чувствовала себя преданной.

– Это какое-то недоразумение, Сириус.

Мой голос прозвучал настолько жалко, что, испытав к себе презрение, я больно прикусила губу.

– Прости, Сионна, – покачал головой Сириус. – Я не могу отказаться. Должен выполнять требования.

Я пообещал Айроуз. Я не хочу возвращаться на Седьмую. Мне поступил приказ подготовить еще один экземпляр и провести базовый инструктаж до следующей остановки Четвертой.

Каждая его фраза словно вбивала нож мне в ребра. Серию ударов завершил финальный, и я была мертва.

– У Лиама тоже будут крылья.

7

Ослепительный свет пробивался сквозь тонкие кроны деревьев этого полумертвого леска. Мы лежали на пожухлой траве, подставляя лица неестественному теплу. Там, где над нами должно было находиться солнце, висела странная, незнакомая мне планета.

Крупная, покрытая пятнами кратеров и морей и точно налитая кровью, она окрашивала все вокруг в теплые оттенки оранжевого.

Смотреть на нее было больно.

– Что это? – спросила я, повернув голову влево и привычно залюбовавшись точеным профилем Касса. Услышав мой голос, он открыл глаза и тут же прищурился.

– Судя по тому, как оно жжется, это солнце. Возможно, из какой-то другой системы.