Единственная для Демона

Я лишь видела, как он почти с самого верха мешком повалился обратно, даже не пытаясь остановить падения. Истошный крик и собравшийся народ загораживал дальнейшие события происходящего. Я машинально вскочила с лавки и зашагала в сторону где только что произошёл несчастный случай.

Или вовсе не несчастный?

– Милушка, вот вы где. – уцепившись за мой локоть, Кузьма развернул меня на сто восемьдесят градусов и потащил к выходу. – Какой курьёз. – изобразил раздосадованный голос. – Как же так случилось-то?

Пытаясь что-либо сообразить, я плелась за ним на ватных ногах.

– Это ваших рук дело? – мысль появилась сама собой.

– Помилуйте, разве вы видели там мои руки? – перед нами открылись двери и свежий воздух ударил в лицо. – Садитесь, милушка.

Прямо у входа стоял автомобиль. Кузьма открыл заднею дверь и почти насильно усадил меня. Затем занял водительское место. На переднем сиденье уже расположилась Клавдия. Машина тронулась, оставляя здание позади.

– Он хоть жив? – слабо спросила я.

– Непременно. Может ногу сломал, ну или руку. – не скрывая довольства ответил Кузьма.

– Может шею. – Клавдия пожала плечами.

– Да может всё вместе. – усмехнулся Кузьма, заворачивая в знакомый мне двор.

Выдавить из себя ещё хоть слово мне не удалось. Состояние подавленности не отпускало. Весь случай более, чем странный. Обвинить Клавдию и Кузьму язык не поворачивался. Если они и задействованы каким-то образом – а я почти не сомневалась – то это уже больше походило на мистику.

От чего мне становилось в сотню раз хуже. Вообще от событий, происходящих последнее время в моей жизни веяло присутствием сверхъестественного. Но каждый раз я прогоняла эти мысли, выметая поганой метлой из головы, не забывая сплюнуть через левое плечо. Я совсем не суеверная. И уж точно не атеистка. Но полагаю, что всё можно объяснить в той или иной мере.

А вот тут-то, в голове не складывался пазл: помолодевшая на глазах Клавдия, Виктор, который за раз съел две горяченные курицы и его сверхбыстрые перемещения.

Так ещё и третий к ним добавился. Кузьма, лично предупреждавший Талькова о гибели и это странное обращение к нему: "Кайм". И все они работают на Иштара.

Внутри всё похолодело от мыслей о нём. Кто они?! Великие иллюзионисты? Чёртовы Гудини? Или насмешка моего больного воображения? Остановимся, пожалуй, на последнем варианте. На сегодняшний день он выглядит более мнимым и от того менее внушающим. Однако, полностью меня устраивавший.