Девятая дочь великого Риши

– «Я должна на них смотреть», – ощущая боль от напряжения в глазах и тошноту от вида мертвых и запаха вокруг, отвечаю я.

Чэн как-то странно хмыкает, словно уловив смысл моего самоистязания.

– Думаю, нам придется бежать, кириса. Поэтому попрошу вас посмотреть назад и проверить, чист ли путь.

Оглядываюсь и понимаю: их действительно слишком много! Четко осознаю, что сковываю Чэна. Он не может позволить себе оторваться от меня, и теперь мы в невыгодном положении – окружены почти со всех сторон…

Создатель, я была не права.

– Кириса, на счет три! – уже откровенно напряженным голосом произносит Чэн, отбиваясь то от одного умертвия, то от другого. – Раз, – перерубает того, что справа. – Два, – отрубает голову тому, что слева.

– Чэн! – Я приникаю к нему всем телом, обнаружив еще одного мертвеца, подобравшегося к нам сзади.

Чэн резко разворачивается, в повороте прижимая меня к себе одной рукой, а второй размахиваясь для удара невероятно тяжелым двуручным мечом.

Несколько секунд тишины – и чуть хрипловатое:

– Интересно…

Отрываюсь от него, но тут же возвращаюсь на место, вжав голову в плечи, – Чэн делает еще одно рубящее движение, вновь развернувшись вместе со мной.

– Так, ладно. Один раз – совпадение, второй – уже система, – слышу я странные слова. Крепко зажмурившись, спрашиваю:

– Нас окружили со всех сторон?

– Нас… – И вновь замах, и вновь он замолкает, отбивая очередное наступление мертвецов.

Не успеваю я подумать, что мой страж сошел с ума, как мою ладонь обхватывает ладонь Чэна, а саму меня опять отталкивают за его спину.

Что за свет?

– Это что, меч?! – изумляюсь я, выглянув из-за плеча моего стража, но рука Чэна настойчиво возвращает меня обратно.

– Да, он начал светиться, как только вы ко мне прижались.

Страж наносит легкий удар по очередному умертвию.

Недоверчиво смотрю, как оно падает на землю и остается лежать там.

Едва ли не от царапины.

– Они…

– Да, они больше не встают. Словно их тела очистились от темной силы, – кивает Чэн, а затем целеустремленно идет в самую гущу мертвецов.

Во все глаза смотрю, как один за другим мертвые опадают на землю. Оказывается, получив относительную свободу – ведь в его руке моя ладонь, – он может довольно быстро косить ряды противника.