Паучья вдова. Том 2

Пусть он войдёт, – чуть успокоившись, отвечаю; затем поднимаюсь на ноги.

Начинаю прогуливаться по комнате, ощущая себя какой-то Элизабет Беннет – честное слово!

Ну прибыл он. И не ночью. А днём и официально. Что такого?..

– Графиня, – Охотник входит в гостевую.

– Господин Охотник, – приветствую в ответ.

Если это можно назвать приветствием. Так-то мы просто наши титулы вслух озвучили…

– Слышал, вы отказываете всем претендентам на ваше сердце, – протягивает мужчина, останавливаясь у окна.

– Вряд ли хоть кто-то из них действительно хочет завладеть моим сердцем, – замечаю ради справедливости. – В основном все мечтают получить мои земли или титул. А вы здесь по какой причине?

Не в бровь, а в глаз.

Да-а-а, графинька, Богиня Хитрости – это точно не про нас.

– Я слышал, что вы собираетесь на границу графства… – протягивает Охотник.

Ну серьёзно, кто он – его шпион? Ведь письмо от Совета Вдов я получила только этим утром!

– Мои подданные добыли полезную информацию касательно нашего поджигателя, а потому ждут моего визита, – киваю в ответ.

– Почему вам так хочется найти этого человека? – спрашивает Охотник.

– Интересно не это, – качаю головой, – интересно то, почему вам так не хочется его искать.

– Я могу ответить на этот вопрос.

– Жду, – весьма заинтересованная, замечаю.

– У моего ответа есть цена, – произносит Рэн, глядя на меня сосредоточенным взглядом. – Вы должны остановить какие-либо поиски поджигателя.

Так их было двое! Чёрный Охотник – это не один человек!

– Я… – в замешательстве протягиваю, – я должна буду проигнорировать приглашение вдовы окружного совета, если соглашусь на ваше условие? – спрашиваю напряжённо.

– Всё верно, – кивает Рэн.

– Тогда я отказываюсь, – отвожу взгляд и очень надеюсь, что не поступаю глупо.

Но он может назвать имя – и оно мне ни о чём не скажет. И никаких тайн не раскроет.

– Скажите честно – вы таким образом пытаетесь уберечь меня? – задаю вопрос, сведя брови.

– Да, – сухой ответ.

Опускаю голову, тратя несколько секунд на принятие решения.

Или на попытку справиться с обуревавшими меня эмоциями.

Эй! Чего это я? Он всё тот же отстранённый и непробиваемый Охотник, каким был всегда! Ничего не изменилось.