Потерянный маяк

Он бежал так, как не бегал за всю свою короткую лягушачью жизнь. Он перелетал через кочки, овраги и ветки, мчался во весь опор, а как только выскочил на просвет, закричал:

– Мадиклен! Мадиклен! Мааааадиклен!

На его пути возникла хмурая синица. Малыш Нил резко затормозил и пробороздил носом землю.

– Чего тебе? – спросила Мадиклен.

– Скорее, там зверёк тонет!

– И что? Тонули же на прошлой неделе, я такоё уже видела.

– Да нет же! Надо ему помочь! Найди кого-нибудь достаточно большого, чтобы его вытащить.

– И что мне за это будет?

– Потом рассчитаемся! – разозлился лягушонок. – Лети!

Мадиклен взмахнула голубыми крыльями и упорхнула. Малыш Нил устало побрел назад.

Вот и второе обстоятельство в спасении Волчека: хмурая птица-синица. Она перелетала с ветки на ветку, осматриваясь вокруг, и ворчала. Ей не подходила семья ежей: они слишком мелкие. Вороны не согласятся, а боатангов и просить нечего: ничего, кроме комка грязи в глаза не получишь.

Синичка села на ёлку и раздраженно заворчала.

– Ты чего? – спросил Нисска, выглядывая из-под коры.

– Я и не думала, что у нас тут все такие мелкие, подумать только!

– Тогда лети на поляну, там Ведьма, она большая, – и Нисска потянулся своей лапкой к птице. – Лети быстрее, а то я тебя съем и превращу кости в золото.

Мадиклен полетела даже быстрее, чем бежал Малыш Нил, оставив ёлку далеко позади.

Тут она услышала песню:

«В Медный Город я пойду

Через тайную тропу,

Где волшебную траву

Я в корзину соберу»

И тут же полетела на звук, доносившийся с поляны.

Опушка была залита солнечным светом. Ласковые стебли тянулись к небу, а посреди поляны как раз стояла Ведьма.

Если сложить вместе босые лапки, огненные волосы, венок из васильков на тёмной остроконечной шляпе, странные песенки, многослойное платье, запах сырой земли и цветов, большую лоскутную сумку, много смеха, чуть вспыльчивости, память древних заклинаний, ночные скитания, огрубевшие пальцы, чуть красные уши, веснушки и озорной блеск в глазах, то получится Вереск.

– Эй! Эй! Ты слышишь меня! – птица дёрнула за рыжую прядь, и Вереск очнулась от транса. – Там в болоте тонет зверёк, ты в курсе вообще?

– Ого! Надо же! Здорово, значит, я могу его спасти! – воскликнула Ведьма.

И третье обстоятельство – Вереск – бросилась прочь, по пути засовывая травы в сумку.