Лунные тени разума

Нарушивший закон – трепещет!

– Нарушивший, говоришь… И теперь вы ведете его за город, чтобы забить там палками? – Файдер пытался шутить.

– Не-ет! Я точно не знаю, куда его ведут, но, наверное, суд будет в Серой Зоне. А может быть даже в Раю!

– Ну и что он натворил? – спросил Файдер.

Ангел наставительно поднял пальчик и произнес:

– Он нарушил пункт договора, это главное. Говорят, он похитил Человека!

Файдер недоверчиво покосился на ангела:

– Да ладно, ерунда это! Не может этого быть, – Файдер смотрел в сторону, как бы думая о своем.

Ангел, как бы извиняясь, вздохнул:

– Его обязательно найдут! Я слышал что-то про Хеликс…

«Марта в Хеликсе? Вот так новость, – подумал Файдер, глядя на босые пыльные ноги райского посланца. – Теперь я вообще ничего не понимаю».

Еще немного поболтав (ни о чем существенном для Файдера), они разошлись. Ангел побежал догонять своих, а Файдер вернулся домой, где его встретил с расспросами Дикс.

– Ну что? Что там?

– А то самое… Всё из-за этого дурацкого адско-райского договора.

– Она не с ними?

– Похоже, они ее даже не видели.

– Может, я ошибаюсь, но судить можно, если найдут Марту живой или… нет.

– Да, ты не ошибаешься, но тут дело не в борьбе за справедливость, а в демонстрации силы. Боюсь, ему достанется независимо от того, найдут они ее или нет… Что ты знаешь про Хеликс?

Дикс удивился:

– Почему ты думаешь, что я знаю что-то особенное?

– Да потому что я тебя не рожал и не воспитывал и не знаю, что ты делал до того, как попал ко мне.

– Я и сам не знаю, точнее, не помню. Файдер, ты же знаешь, что я не помню ничего из своего прошлого!

– Ну, это ты так говоришь.

Дикс обиженно зашевелил усами, но промолчал. Файдер щелкнул его по носу и сказал:

– Так вот что знаю я. Хеликс – древний подземный город. Который пустовал несколько веков, пока туда не начал сползаться всякий сброд, повернутый на магии.

– Не сброд, а отверженные обществом, – поправил Дикс.

– Это спорный вопрос. Они сами отвергли наш образ жизни. Кто им мешал днем, например, продавать попкорн или играть на бирже, а вечером заниматься чтением заклинаний, рисованием пентаграмм и прочей дребеденью? Они захотели свободу, они ее получили. Правда, сначала чуть не померли с голоду.

– А может, они правы… – задумчиво сказал Дикс. – Надо быть ближе к природе, цивилизация – это зло.