Город хороших господ

Вариантов к действию было немного.

Ещё раз оценила парня в качестве провожатого. Оценила его странное поведение. Оценила собственный горячий лоб. Вспомнила всё, что мы с Рией слышали на уроках ОБЖ.

– Знаете, в чём-то вы правы, я, конечно, дойду, но не думаю, что нам по пути. Но спасибо вам за предложение.

Он нахмурился, а я, пробормотав «досвидания», подхватила скейт и выбежала под дождь. Уж лучше намокнуть, чем якшаться с каким-то мутным типом (золотое правило моей мамы). Оборачиваться я не стала: чего доброго, увяжется.

Было так холодно, что даже тепло, «предсмертная стадия», как говорила Рия. Я мчалась по улицам как мокрая кошка от погони, почти не разбирала дороги, но твёрдо знала, где дом. Грозовой город манил тёплыми окнами кофеен и магазинов, но, к сожалению, у меня не было ни монеты, чтобы там остановиться. За поворотом началась та самая улица, мощеная камнем. Пока была на скейте проклинала её, а сейчас могла преодолеть пешком, по щиколотку утопая в лужах. Редкие прохожие под зонтиками сочувственно смотрели на меня, а я старалась не глядеть на них, опустив голову.

Ещё немного и буду дома, последний рывок… Ну ладно, предпоследний, но всё же.

Сквозь дождь послышался звук скрипки. Казалось бы, совсем неуместный, но мелодия приносила в бурю гармонию. Скрипка слышалась откуда-то из переулка, где была лишь старая детская площадка.

Щелчок – зажглись уличные фонари! И в их свете я увидела скрипача.

Он стоял в небольшой беседке, расположенной во дворе обыкновенной кирпичной пятиэтажки.

Беседка была белой, скрипач – тоже. Светлая футболка, спортивные штаны, мокрые белёсые волосы, тонкие пальцы сжимали струны и мягко направляли смычок. Я застыла, игнорируя дождь. Мелодия завораживала и притягивала, хотелось сесть рядом, пригреться и слушать эту странный концерт прямо здесь, посреди дождя, в этой маленькой вечности.

Уже было сделала шаг навстречу, но резко одернула себя.

Что происходит? Я только что смылась от странного незнакомца и иду к другому? Откуда у меня столько наглости? Нет уж, простите, господин скрипач, я пойду своей дорогой, не буду людям мешаться.

Скрипка вывела ещё один мелодичный пассаж, напоминающий о доме, человеческом тепле и о чём-то недоступном, но бесконечно хорошем.

Может, всё же подойти? Музыкант так зачарован собственной игрой, что, возможно, даже меня не заметит… И я же никуда с ним не иду, я тихо сяду рядом – это совершенно другое!

Так. Ладно. Послушаю немного. Ничего не будет.