Прости за любовь

– Герман, ты правильно понял, я приеду с девушкой и тебе объясню всё первому. Ждите, – и отключился.

– Я не давала согласия, – попыталась возразить Вика.

– Виктория, ты же хочешь. Я это вижу, людей читать давно научился. Сегодня ночь чудес, так пусть чудо свершится, – он посмотрел на Вику и добавил. – Вика, я не кусаюсь. Не бойся…

– Я и не боюсь, – пробурчала она, но ей было приятно, ведь мужчина ответил на все её незаданные вопросы, но согласия на поездку она так и не дала.

Зашли тихо в дом. Бабуля уже ушла спать.

– Ты куда?

– Бабуля, мы до центра доедем. Погуляем немного. Спать всё равно не хочется, – прошептала Вика. – А потом Генрих уедет.

– Езжайте. Появись только до того, как Оленька проснётся. Иначе касатик расстроится.

Вика почувствовала теплоту в голосе бабушки.

– Аккуратно, внучка, с мужчиной, мало ли что. Хотя ничего плохо я не чувствую. Староват он только для тебя, – выдала свою тираду бабушка, чем озадачила Вику.

Вика поцеловала бабушку в щёку и вышла из комнаты.

– Поехали.

– Вика, гирлянду выключи, – Генрих сказал это машинально и сам себе улыбнулся, он привык, чтобы всё было правильно.

Вика тоже улыбнулась. «Командует», – подумала она, но гирлянду послушно выключила и подошла к Генриху, держащему её шубку.

Но из дома они выйти не успели, в коридоре замерли, услышав голоса мужчин во дворе.

– Митрич, я на это не подписывался.

– Какая разница? Только вот чем? Эх, надо было из дома что-нибудь прихватить… Здесь даже забытого полешка не найдёшь, всё прибрано.

– Не, Митрич… Ты как хошь, а я пас…

Вика узнала голос соседа Мишки, мужчина давно затаил на неё злобу. Митрича она тоже знала. Им всем бабушкин дом, как кость в горле последнее время.

Генрих нажал на брелок сигнализации, спугнув непрошеных гостей сигналом мигающих фар.

– Путь открыт. Пошли. Ты их знаешь? И что им нужно, расскажешь?

Вика молчала. Она не хотела во всё это впутывать случайного знакомого. Зачем? Это ещё одна её проблема, которую нужно будет решать в ближайшее время. Вот только как?

Генрих выгнал машину на дорогу, помог Виктории закрыть ворота, придержал девушку на узкой тропинке, усадил в машину. Для него это было настолько обычно, что он даже не замечал эти элементы вежливости.