Непредвиденное замужество

Герцог поскупился на жемчужины для знатных гостей, но хорошенько потратился, чтобы переместить прислугу. Это лишний раз подтверждало, насколько министр финансов обожал единственного сына. Но почему отправил Мейсона в город греха и порока? У меня имелась теория, однако на ее доказательство уйдет немало времени.

– Не представляете, насколько я рад видеть всех вас. Даже камень с души упал, – продолжил меж тем супруг, обвел присутствующих довольным взглядом и снова приобнял Наяну. – Что на ужин? Я такой голодный, что готов съесть целого теленка.

– Запеченные перепела, дольки картофеля по-деревенски, овощной салат и рисовый пудинг, – горделиво заявила повариха и внезапно сникла. – Милорд, я очень хотела накрыть обильный стол, но в кладовой нашлась всего горстка продуктов. Дичь Клауд заполучил в обмен на бутылку портвейна, что завалялась в погребе. Надеюсь, вы не в обиде?

– В обиде? – фыркнул друг. – Наяна, ты сотворила настоящее чудо. Из ничего приготовила ужин, достойный самого императора, и спасла нас с Джейн от верной гибели.

До смерти леди Агнет Мейсон нередко подтрунивал надо мной, общался посредством невербальных жестов, но со дня похорон – ни разу. Едва уловимые перемены радовали, заставляли верить в светлое будущее.

– Конечно, – отозвалась я и обратилась к дворецкому: – Дарио, не могли бы вы показать мою комнату?

– Идемте, госпожа, – указал он на массивную деревянную лестницу, убегавшую на второй этаж, и чинной походкой двинулся к ее подножию.

– Займусь сундуками, – подал голос Клауд.

– Пожалуй, я тоже познакомлюсь с домом и узнаю, где отныне моя кровать, – Мейсон подставил локоть и повел меня на второй этаж.

Армина засеменила следом, держась от нас чуть поодаль. Очевидно, желала прийти на помощь по первому зову и расположить к себе новую хозяйку. Что ж, поживем – увидим. Пока меня все устраивало.

Спальня оказалась светлой, просторной, в любимых лавандовых тонах. Окно было всего одно, зато высокое, с широким подоконником.

Кровать с резным изголовьем занимала треть комнаты. Серебристое покрывало и того же цвета шелковые наволочки на подушках придавали комнате толику сказочности. На прикроватных тумбочках в хрустальных вазах, будто напоминание о вчерашнем дне, стояли белые лилии.