Непредвиденное замужество

Сначала с меня слово взяла леди Агнет, затем герцог заплатил за обучение в академии, а после устроил брак, не забыв задобрить моих родителей и поставить тем самым невестку в неудобное положение – заставить себя чувствовать обязанной, беспрекословно выполнять команды, молча сносить обиды. И все ради единственной цели – блага обожаемого сына.

Умозаключения привели меня в неописуемую ярость. Руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Попадись сейчас на глаза кто-нибудь из Каллебов, я бы точно не смолчала.

– Вас не смутила непомерная щедрость герцога? – саркастически спросила у родителей.

– Нисколько. Его светлость всегда был невероятно добр к нам. Между прочим, в качестве свадебного подарка он купил роскошное поместье в Лидберге. Вам не придется ютиться в двух-трех комнатушках и рассчитывать на одну служанку. Но это секрет. Постарайся изобразить удивление, когда герцог объявит новость, – шепотом добавила мама, приставив ребро ладони к уголку рта.

– Дорогая, почему Мейсон отказался от должности в министерстве финансов и предпочел пост полицмейстера? – вмешался папа, чуя неладное, или же побоялся, что моя чересчур охотливая до разговоров родительница выдаст очередную тайну.

Негодование вмиг улеглось. Я молчала, думая, какую небылицу рассказать, чтобы не выставить мужа подлецом и в то же время не приписать ему неслыханных достоинств.

От неудобных объяснений спас сам объект разговора. Он возник столь неожиданно и бесшумно, что я испугалась.

– Ры… Джейн, – быстро поправился супруг. – Экипаж ждет нас. У вас еще будет время пообщаться. Лорд Марч, леди Марч, прошу прощения за вторжение и беспокойство, но я вынужден украсть вашу дочь и поскорее доставить в замок. Гости уже на полпути. Вы, пожалуйста, тоже не задерживайтесь, – благодаря повелительным ноткам, обычная просьба прозвучала словно приказ.

Я удивленно посмотрела на Каллеба. Это точно он? Друг всегда был со мной мягок и податлив, сейчас же продемонстрировал властный характер, пусть не по отношению ко мне.

– Конечно-конечно, Мейсон! – защебетала мама, залившись румянцем.

Несмотря на собственное происхождение, она всегда благоговела перед Корнуоллами.