От любви до ненависти и обратно

Хотя и ненадолго, но всё же…

Вот и сейчас, выйдя из такси, прошу мальчиков внимательно меня послушать. Надеваю им на плечи их яркие рюкзачки, чтобы видеть издалека их спины, прошу их взяться за руку. Мирона прошу слушаться Андрейку, он старший. Целую мальчишек в носики и показываю, направление движения. Потеряться мои малыши не могут. У них на ручках одеты браслетики, еще по одному зашито во внутреннем кармане курточек. Сигнал от браслетиков поступает на мой телефон и телефон мужа. Дима о безопасности детей позаботился.

Мой муж, если кого и любит, кроме себя, так это старшего сына. Всеми остальными он просто пользуется. Жаль, по молодости и глупости я сразу этого не заметила, а когда поняла, то уже было поздно. Сейчас ничего изменить не могу. Растут два сына. Одной с ними будет сложно, да и не отдаст Дима мне мальчишек, если на развод подам. Поэтому и терплю…

Выходим на перрон. Олеська и Рита уже ждут нас.

– Чего так долго? Мы ждать устали, – возмущается Олеся.

Смотрю на часы, до отправления еще полчаса.

Самое то, мы как всегда вовремя.

– Как Антон? Он спокойно отпустил Риту со мной? Я думала, он имя моё уже проклял, – интересуюсь я.

С Антоном мы недавно поссорились. Я на правах жены старшего брата решила его повоспитывать. И высказала всё, что о нём думаю. Потом сообразила, что зря. Это их с Олесей жизнь, их отношения. Мне там нет места. Но… Что сделано, то сделано. Что сказано, того уже не вернёшь. Слово не воробей, как говорится.

На прошлось неделе Олеся позвонила мне и попросила срочно подъехать, что я и сделала.

То, что я увидела… сложно передать словами. На ней живого места не было, один большой синяк. Олеся попыталась соврать, что упала, а потом призналась, что её просто выпороли за то, что рот открыла. Как открывать рот умеет Олеся, я знаю. Мне её тоже иногда выпороть хочется и рот скотчем заклеить… Но даже в воспитательных целях нужно знать меру. Не так же?!…

– Мы с ним ещё не разговариваем. Доверенности нотариальные. Выписаны на год.

Зачем нам Антон? Правильно. Ему об этом знать не следует, – отвечает Олеся.

– Если он тебя когда-нибудь прибьёт, виновата будешь сама, дорогуша. Это его ребёнок и он, как отец, должен знать, где его дочь.

Заходим в купе, устраиваемся. Дети начинают милую возню со своими игрушками. Олеся передаёт мне пакет с одеждой Риты.

– Там запасные трусики, пижамка и футболка. Я много не набирала. Ты же одна, – оправдывается Олеся.

Хоть здесь она мозг включила.