Маша, Машенька, Машуня… или Любовь вопреки

В театр я одела новенькое абрикосового цвета платье с воздушной юбкой солнцеклеш, которое недавно связала; оно очень деликатно подчеркивало все прелести моей фигуры, очень красиво лежало на бедрах, обрисовывало мою немаленькую грудь и подчеркивало узкую талию. Даже девчонки сказали, что это «отпад» и «последний писк».

– Куда это ты так нарядилась? – поинтересовалась Ксю.

– Сегодня в театр. Я заслужила, – и, накинув на ходу курточку, я, избегая лишних расспросов, ретировалась за дверь.

Артур прогуливался по тротуару.

– Привет, моя красавица. Придется усилить охрану, – он оценивающе смотрел на меня.

Я улыбнулась в ответ:

– Добрый вечер. Куда мы едем?

– Мы поедем в знаменитую Мариинку на «Щелкунчика». Машунь, извини, я не успел тебя предупредить. У нас сегодня коллективный поход.

– Что? – возмутилась я. – Коллективный? с кем? а если я откажусь?

– Ты – что? откажешься? Машуня!.. Меня потрясает твоя нелогичность… То есть со мной ты в театр соглашаешься идти, а если к нам присоединяются мои друзья – ты отказываешься? И где здесь логика? Или она у тебя своя, неведомая для окружающих?

– Наверное.

– Безумно нравится! Сегодня я тебя познакомлю с моим лучшим другом и его женой.

«Ага, друг женат. Это уже легче…», – пронеслось у меня в голове и я немного успокоилась.

Мариинка была великолепна, балет бесподобен. Я была потрясена, восхищена, хотя и старалась казаться спокойной, но внутри бушевали страсти и восторг.

Друзья Артура, Макс и Лена, оказались очень приятными ребятами.

– Извините, ребята, мы поехали. С вами хорошо, но мне еще Золушку домой до часу ночи нужно отвезти, а то в терем не пустят, – пошутил Артур.

Ребята посмеялись, предложив переночевать у них на свободном диване. После такого предложения у меня перехватило дыхание. Артур вовремя сообразил, что этого делать не стоит, пообещав остаться в следующий раз.

В машине он поинтересовался:

– Что тебя так шокировало в предложении ребят? Мы часто остаемся друг у друга, если засиживаемся допоздна.

Он испытывающе смотрел на меня, я не торопилась с ответом, и Артур продолжил:

– Было бы классно. Мы бы с Максом сейчас пропустили по-маленькой коньячка, посидели бы еще, поболтали, а потом завалились бы спать. А утром я отвез бы тебя в общагу.

– Размечтались…

– Хоть помечтать! Здесь поцеловать нельзя, а я о великом…

Он обиделся. Или сделал вид, что обиделся.