Мрачные узы

– Мне интересно, – медленно начал Натан, – когда она вернулась? И для чего? После всего, что произошло между семьей и Ингой, она возвращается и почему-то именно тебе назначает встречу там, где ее убивают спустя несколько часов.

И Натан опустил свой многозначительный взгляд на Марата, перестав стучать пальцами по столу. В его тоне слышался упрек и легкий привкус презрения. Он так отрешенно сказал «между семьей», как часов двенадцать назад Инга безвольно произнесла: «мои родственники умело держат тебя за идиота».

13 июня 2019 (четверг)

Телефон Натана никогда не знал покоя. И даже в этот печальный вечер он постоянно мигал экраном, оповещая о новом звонке. Хозяин перевел его в беззвучный режим, считая, что это будет уместнее в данной ситуации. Если высвечивались фамилии партнеров или знакомых, которые могли только разразиться дежурными фразами с соболезнованиями, то он мог отклонять их, не объясняя Марату, почему не желает ни с кем говорить.

– Твоя мать написала, – сказал Натан, вводя защитный пин-код на смартфоне прежде чем прочитает письмо полностью.

– Что случилось? – осведомился Марат.

– Пишет, что Игнат разбуянился. Бухает и крушит дом. Все, как всегда, впрочем. Даже горе не может пережить достойно.

И откинулся снова на спинку кресла, прихватив со стола золотую, но покрытую стариной монету. Он с магической ловкостью перебирал ее фалангами пальцев, заставляя то нырять в ладонь, то снова грациозно проскальзывать по руке.

Марат же снова взглянул на бокал с янтарной терпкой жидкостью. Но ненависть переполняла теперь больше, чем неописуемая жажда прикоснуться к напитку. Почему люди видят спасение в алкоголе, умудряясь им лечить и горе и обмывать праздные вещи?! В голове всплыл образ пьяного Игната, который имел привычку накидываться и переползать порог дома, затевая специфический концерт и забывая об этом наутро.

– Прости, дядя, но я поеду. Маме, действительно, нужна сейчас моя поддержка. – И Марат направился к двери. Рядом засуетился Крекер.

– Ты прав, друг мой.

В проеме, чуть не ударив юношу по лбу дверью, появилась сгорбленная серая фигура.