Мрачные узы

Из автомобиля вышли два человека, мужчины: один лет семидесяти в строгом костюме, на голове седые волосы аккуратно уложены, в руках телефон, с кем-то параллельно шла беседа, однако мужчина сильным поставленным голосом и давал четкие инструкции собеседнику, и отмахивался от полицейских, которые явно были против посторонних на месте преступления; второй гораздо моложе, примерно лет двадцати пяти, скрывался под черными солнцезащитными очками.

– Где у вас тут главный? – поднимая над собой желтую оградительную ленту, требовал мужчина, завершая диалог по телефону.

Следователь направился к только что приехавшим, оставив Лару без внимания и расспросов. Она навострила уши, пытаясь разобрать разговор между полицейским и владельцем «БМВ», ибо в нем узнала своего нового работодателя, с котором на днях собеседовалась по видеосвязи. Лара не могла понять, о чем те говорили, так как посторонние шумы перекрывали все вокруг; однако ей показалось, что весьма четко услышала что-то о «закрытии дела», потому что в этот момент мужчина повысил голос и угрожающе жестикулировал.

– Доброе утро, Кларисса. Прошу прощения, что встречаемся с вами при таких обстоятельствах. Вы же не передумали по поводу работы? – спросил он, между делом отклоняя поступающие звонки на телефон.

– Нет, Натан Карлович… Да, здравст… – язык заплетался, и девушку все еще знобило. Она внятно могла формулировать мысли, но говорить у нее получалось с трудом, что явно раздражало десять минут назад следователя.

– Я рад, моя дорогая. – Он снова отвлекся на телефон.

– Но мне придется… нужно будет в отделение… допрос у… – стыдясь саму себя, Лара прокашлялась.

– Если вы переживаете, что вас будут докучать из полиции, то будьте покойны. В любой другой ситуации человек, обнаруживший тело, возможно, и стал бы одним из подозреваемых, но с вами этого не случится. Вы под моей опекой. – Натан Карлович поднял глаза на нее, улыбнулся, а потом перевел взгляд на следователя, который исподлобья смотрел в их сторону.

– Вашей внучки?

Натан Карлович кивнул:

– Да, к сожалению, та девушка являлась моей внучкой. Да, – он снова закачал головой, будто бы так надеялся выкинуть это из головы. – Не родная, конечно, двоюродная.