Кирин. Дракон, который слишком долго жил среди людей

– Да? – задумчиво протянула девочка. – Но тут таких нет. А что, если… – Ки впервые улыбнулась. – Хочешь увидеть дракона?

– А можно? – почти не дыша, спросил мальчик.

– Конечно, – лучезарно улыбнувшись, кивнула Ки, и тут же её окутал светящийся белый туман.

Туман этот заполнил половину комнаты, а после перед застывшим мальчуганом из рыхлого клуба белёсого пара высунулась чешуйчатая тёмно-зелёная морда со светлыми изумрудными глазами.

– Здорово! – выдохнул Виктор и, вскочив, не раздумывая, кинулся прыгать и разгонять руками туман, чтобы рассмотреть всего дракона.

Сам Виктор вдруг обратился в рыцаря в звенящих золотых доспехах со сверкающим широким мечом в руках. Но нападать на дракона совершенно не хотелось. Мальчик, всецело поглощённый происходящим, размахивал мечом, стучал по металическим бокам и, смешно покачиваясь под весом доспехов, то поднимал, то опускал решётчатое забрало и громко смеялся каждый раз, когда изумрудный дракон выпускал из ноздрей очередное клубящееся облако тёплого пара.

Но счастье длилось недолго. Тяжёлая дверь с глухим стуком распахнулась, а на пороге возникли сразу несколько человек – яростно сверкающий глазами отец, бледная мать и испуганные охранники, которые должны были следить за играющим в доме Виктором.

Мальчик испуганно обернулся, за его спиной стояла Ки. Она больше не была драконом, да и сам Виктор перестал быть рыцарем.

Не проронив ни слова, отец выволок сына из комнаты, слуги поспешно закрыли дверь.

Ли Гон – старший тащил сына за ворот кофты. Ноги, одетые в ботиночки, волочились по тропинке, оставляя две неровные полосы посреди разбросанных камней. Ребёнок вырывался, кричал. Требовал, чтобы Ки выпустили. Чтобы дверь открыли. Он размахивал маленькими пухлыми ручками, даже ухватился за ветки жасминового куста. Это не помогло, только на ладошках остались две неровные красные расцарапанные полосы и смятые белые лепестки цветов.

Виктор был наказан и целую неделю просидел в своей комнате, а после его отослали подальше из дома.

Глава 2. Запах жасмина

Прошло уже сколько… лет двадцать?

Двадцать лет вынужденной ссылки и невозможности вернуться домой, даже приблизиться.

Тот случай во внутреннем дворике… Произошедшее тогда теперь казалось сказкой, фантазией детского непоседливого ума. Всё, что осталось от него Виктору – это тонкие шрамы на ладонях… а ещё едва уловимый запах жасмина.