Души, разделенные телами

– Когда мы с Аймирой заблудились в лесу, – прошептала она, – тогда тоже падал снег, и ты, отправляясь на наши поиски, взял с собой теплую шубу для меня. Ты еще помнишь, что я тебе сказала тогда?

– Помню, что ты отказалась надеть шубу, хотя продрогла до костей. Тогда ты обняла меня и сказала, что мне неудобно будет нести на руках тебя, завернутую в шубу.

– А я никогда не забуду твой испуганный взгляд. Ты еще сказал, что не посмеешь прижимать к груди принцессу.

– Но ты настояла на своем, и я нес тебя до самого дворца, так и не решившись вымолвить ни слова.

– Тогда мы были так молоды, невинны. Уже в тот день я поняла, что ты – моя судьба, но не хотела признаваться в этом даже себе самой. На дворе была поздняя осень, а в моей душе – весна. Наша весна прошла навсегда? Неужели до самой смерти нам суждено страдать от холода, который поселился в наших сердцах? – императрица повернулась к супругу, и он увидел в ее глазах отчаяние.

– Милантри, – мягко сказал Кришатра, подходя ближе, – за эти годы судьба сильно нас потрепала.

И все не может быть так, как было когда-то, но я уверен, что если мы научимся снова доверять друг другу, то жизнь подарит нам еще немало теплых солнечных дней. Вот только заслуживаем ли мы вдыхать аромат весенних цветов и радоваться теплому летнему дождю? Очевидно, нет. Однако у нас подрастают дети. Им нужны наши любовь и забота.

– Да, – согласилась Милантри, – просто тебя не было рядом так долго, и я оставалась со своим горем одна. А эта девчонка каждый день напоминала мне, почему моя жизнь превратилась в ад.

– Возможно, я был не прав, оставив тебя… я хотел наказать лишь себя за тот страшный грех. Коротая все эти дни, месяцы и годы в разлуке с тобой, я убеждал себя, что не имею права на счастье, не имею права быть с любимой. Я тосковал.

– И я тосковала, – Милантри прильнула к его груди.

– Милантри, мы не должны… – прошептал Кришатра, пытаясь оттолкнуть супругу.

Но та, обвив руками его шею, поцеловала его с такой страстью, что император, забыв обо всем, ответил на поцелуй.

Когда Милантри открыла глаза, за окном ярко светило солнце. Обнаружив, что ее голова лежит на широкой груди мужа, она улыбнулась, как не улыбалась уже много лет. Сладкая истома волною проплыла через все тело и подарила легкую прохладу, как нежный весенний ветерок.

Кришатра погладил длинные золотистые кудри жены.

– Так я бы хотела просыпаться каждый день, – сказала Милантри, с наслаждением вдохнув воздух ясного свежего утра.