Души, разделенные телами

Луфер захрустел пальцами и затараторил:

– Анису я давно не видел, наверно, плачет без отца, бедняжка. Это мне наказание свыше. О, боги, что же делать… Отрубят нам головы, а я с дочерью не успел попрощаться.

– Мы – наемные убийцы, нашего брата конец известен, – все еще невозмутимо ответствовал Харг.

– А когда мы ими стали, а? Я вот охранником был двенадцать лет, и что, теперь – убийца? У меня же выбора не было. Императрица приказала. Да что ей сделала эта девчонка? Ну, точно, не родная она ей. Вот и расправилась с падчерицей, пока императора не было.

– Ну, полно квохтать, от тебя башка уже трещит.

– А вот скоро нечему трещать-то будет! – Луфер вскочил с тюфяка, набитого соломой, словно ошпаренный. – А то, что нам велено стойла драить, тоже ничего не значит?

– Бравые воины вернулись из похода, вот им-то и дали время на отдых. Что тут особенного?

– Эй вы, бегом сюда, – послышался голос главного конюшего.

– Вот то, о чем я говорил, – прошептал Луфер, заламывая руки, – теперь каждый слуга командовать мною будет.

– Недолго, видимо, – криво усмехнулся Харг.

Главный конюший стоял на пороге, подбоченившись, и все потирал свой красный нос, похожий на свеклу. Давно уж он не вдыхал ароматов свежей конской мочи и навоза.

– Вонь аж до дворца доносится, – повел носом Лангер. – Подготовьте мне гнедую, немедленно! И чтобы когда я вернусь, здесь пахло розами! Ро-за-ми, – произнес он по слогам.

Луфер отвязал упитанную кобылицу и передал конюшему.

– Куда направляетесь, господин?

– Государя встречать еду, – буркнул тот, сжимая вожжи и подстегивая ими лошадку.

Император вошел во дворец, держа на руках принцессу.

Двор шумел. Слуги в спешке разбегались с поручениями, данными главным лекарем.

– Как же ей удалось спастись? – гневно прошипела императрица, поднимаясь с дивана в своих покоях.

– Ваше величество, вы не выйдете встретить императора? – робко спросила Шелена.

– Ну, точно дьявольское отродье, – продолжала императрица, никак не реагируя на вопрос фрейлины. – Когда же она исчезнет из моей жизни?

– Государыня, что прикажете делать с теми стражниками? Ведь принцесса жива, она вспомнит, кто хотел ее убить.

– Меня не волнует их судьба, Шелена.

– Но они могут сказать, что это вы им приказали.

– И пусть. Мне все равно.

Императрица вышла на балкон и, опершись на перила, окинула взглядом двор.