Герои академии Даркстоун

 – Нани очень мстительная. А мне будет очень приятно передать ей твои слова.

Увидеть, как огребет некромант? Да это зрелище сделает мой день!

– Еще одно развлечение, – усмехнулся тот, ничуть не впечатлившись. – Так что там с теми близнецами? Они сбежали из академии?

– Ты меня спрашиваешь? – сыграла я в дуру. – Я два дня сижу в своем особняке. Это ты мне должен сказать – сбежали они или нет.

– Странные типы. И выглядят они странно… – задумался некромант.

Не нужно, чтобы он очень много думал!

– Леон, что еще? – спросила его чуть более настойчивым голосом.

– А, да, еще воровка из гильдии сказала… да, не смотри на меня так, я прекрасно знаю, что значит подобная татуировка на лице! Так вот, она сказала, что твое любимое изделие из дерева ждет тебя в Черной башне. Что вначале его все потеряли, а потом оно само обнаружилось в твоей спальне. – Леон помолчал, чуть нахмурившись. – Это она про твою эскриму?..

Я неосознанно кивнула, а сама усиленно работала мозгом. Моя эскрима пропала, а потом сама нашлась? Но зачем об этом сообщать?.

– Странно, что ты не взяла ее с собой, – хмыкнул Леон, а я подняла бровь и заметила:

– Было бы странно, если бы я взяла ее во дворец.

Нужно срочно вернуться в академию!

Мрак, сколько всего нужно сделать срочно!.

– Леон, что еще мне передали? – спросила негромко, глядя на противоположную стену.

– Чтобы ты попросила своего покровителя о визите. Несносное создание, которое, как ты говоришь, очень любит мстить, активно насаживало мне мысль, что оно должно увидеться с тобой.

– Некромант, ты реально смертник, – покачала я головой, представляя, с какой радостью Нани возьмется за новую жертву.

– И не с таким справлялся, – улыбнулся темноволосый, а затем неожиданно тепло посмотрел на меня.

– Что? – не поняла я этой его перемены.

– Это забавно, но я действительно рад тебя видеть. Четыре дня без твоих реплик, закатывания глаз и поднятых бровей – и мне стало ужасно тоскливо. Не подскажешь, что это со мной? – Он вновь усмехнулся, но на этот раз как-то… не по-злому.

– Может, это любовь? – фыркнула я и поднялась из кресла.

– Кайра…

– Кайрит, Леон, – осекла его. – Не говори мне, что ты жалуешься на память.