Любовь по-драконьи

И только я расслабилась, осознавая, что у меня будет несколько часов на отдых перед очень непростой встречей, как опять все испортила моя визави.

– А кто у нас Мопсир?

– Мессир Свэндал Амиррен – хозяин Золотой Горы и Патрон Третьего континента.

– Эта то, которой юзерхапать контингент?

– Чего? – вновь не поняли драконы, но в этот раз я не спешила им на помощь. У меня болела голова. Очень.

– Марина Владимировна, – меня легонько потрясли, за что сразу же захотелось кого-то стукнуть. – Это оскорбление?

– Нет, – морщась от накатывающей боли и сглатывая ком тошноты, пояснила-таки я.

 – Это констатация факта.

– Какого?

– Что Мессир узурпировал власть на континенте.

– Не узурпировал власть, а создал Патронат, – с холодной вежливостью поправили меня, – в который все государства вступили по доброй воле.

– Угу, и с открытым сердцем, – пробурчала я себе под нос.

Помнится, после разгрома Три-пятого государства сердце тогдашнего вожака оборотней было подано Мессиру на обед.

– Прошу!

Тряска наконец-то закончилась, и перед нами отворили тяжелую металлическую дверь с тысячей затворов.

Осторожно сгрузив меня на жесткий и даже с виду неудобный диван, драконы откланялись, пообещав передать Мессиру весть о нашем появлении, как только тот появится.

Лучше бы не являлся вовсе, но, увы, такого подарка от судьбы я не ждала.

– Марина! Марина!

– Цыц, – грубо оборвала я начинающийся словесный ураган.

– Но…

– Алена, после магического истощения у меня сильно болит голова, – растирая глаза руками, едва слышно прошептала я.

 – Сейчас я полежу и подумаю, как нам отсюда выбираться, а ты просто посиди и помолчи. Хорошо?

– А наш не выпукать? – с надеждой вопросила попаданка.

– Увы и ах, – простонала я в ответ и лишь устало махнула рукой на новый порыв Аленки завести диалог.

Что удивительно, девушка послушалась. Видать, у меня тогда был совсем уж жалкий вид. Закрыв глаза, я отключилась, казалось, на минутку, а когда проснулась и глянула на часы над дверью, то просто ужаснулась.

Было уже шесть шестьдесят пять. В самом лучшем случае Мессир почтит нас своим вниманием через полтора часа, а в худшем – с минуты на минуту. Пришлось вставать. Голова все еще гудела, но, слава Богине-Матери, не настолько сильно, как до сна.

В нашей Кэпэзэ, как эту комнату обозвала Аленка, оказался свой санузел, в котором присутствовала даже ванна. Не удивлюсь, если и диван раскладывается.