И четверо ангелов за спиной…

Хочется спросить: «Какими судьбами?», но спросить не у кого. Дедушки уже нет. Должно быть, именно поэтому я и плакала сейчас – а не из-за того, что, наконец, получила свой приз…

Оглядываю спальню ещё раз.

Как же сильно он хотел, чтобы я жила здесь! Буквально каждая деталь так и кричала: «Это всё для тебя!»

И вот она, я, здесь, стою, обнимая старого плюшевого медведя, и плачу. И никак не могу понять: почему он не пришёл ко мне? Почему за эти четыре года, когда я считала, что я – одна на целом свете, он не пришёл ко мне и не сказал: «Нет, не одна.

Усаживаю игрушку обратно на тумбу и прохожу к кровати.

Теперь это очевидно – он действительно ждал меня. И знал меня очень хорошо.

А я о нём ничего не знала. И от этого становилось ещё больнее.

Едва заметный стук в дверь заставляет меня прийти в себя и вытереть слёзы. А затем выйти из комнаты и встретиться взглядом с Давидом.

– Вы плакали? – мягко спрашивает мужчина.

– Нет, – вру и прохожу вперёд по коридору, – пожалуй, я отложу осмотр дома на завтра.

Давид несколько секунд внимательно смотрит на меня, а затем легко улыбается и кивает:

– Конечно, ужин уже готов. А повар и прислуга ждут возможности представиться.

– Вот и отлично, – киваю, затем окидываю мужчину серьёзным взглядом, – я ведь не буду есть одна, правда?

– Вообще-то по правилам вы должны сидеть за столом в гордом одиночестве, а все остальные – молча стоять около стенки и следить за тем, чтобы вы не подавились, – также серьёзно отвечает Давид.

Смотрю на него во все глаза… а затем усмехаюсь, опуская голову. На душе становится чуть легче.

Мужчина тоже улыбается и показывает рукой в сторону столовой.

– Сегодня мы поужинаем вдвоём, поскольку Ян и Марк отлучились по важным делам, – произносит Давид, когда мы заходим в светлое просторное помещение с длинным столом и аркой в пол стены, ведущей на кухню.

– А Исайя? – аккуратно уточняю.

– Он не ест со всеми, – отвечает Давид и отодвигает для меня стул.

– Почему? – не глядя на него, спрашиваю.

– Он профессионал своего дела, – начинает мужчина очень издалека, – но в жизни у него есть… мм… скажем так, проблемы с общением.

– Он социофоб? – подняв брови, предполагаю.

– Что-то вроде, – осторожно кивает Давид, – поэтому, чем меньше вы будете обращать на него внимания, тем комфортнее будет вам обоим.