Нефритовый дворец

Я не понимала, что он от меня хочет, пока Тристан не кивнул на фотографию:

– Посмотри.

От увиденного я долго не могла вымолвить и слова.

– Где?..– я с трудом узнала свой голос.

Кажется, Тристан понял, о чем я, потому ответил:

– В двухстах километрах к югу отсюда. Понимаю, ты напугана, но не лучше ли…

– Нет! – крикнула я. – Выезжаем немедленно!

Он не стал спорить, зная (в этом я уверена), что я захочу увидеть место, где покоится моя сестра, во что бы то ни стало.

Сумку не брала: место захоронения не так далеко и управимся к ночи.

Каиров вел машину на максимальной скорости. Я смотрела в окно, на проносящиеся мимо нас деревья. Из головы не выходили образы увиденного, и не могла сдерживать подступающие слезы. На выцветшей фотографии были изображены две девочки четырех лет. На обратной стороне аккуратным почерком написано: «мои любимые, обожаемые дочери Сонечка и Юленька». Их одежда и прически одинаковы, как и улыбки, глаза. Неужели все время у меня была сестра, о которой я не знала?! Слезы застилали глаза, я готова была разрыдаться.

Тристан, почувствовав мою боль, взял меня за руку свободной рукой и крепко сжал. Так странно: за такой короткий промежуток времени этот мужчина стал для меня родным. Я смотрела на него, он – на меня, и я неожиданно для себя поняла: я… влюбилась. Влюбилась в человека, которого знаю всего лишь несколько часов! От такого открытия на душе стало неожиданно спокойно, а слезы так и лились из глаз.

До городка мы добрались за полтора часа.

Я не решалась выйти из машины: испытывала невообразимые муки. Узнать о существовании сестры и в тот же день ее потерять – очень больно.

Тристан не торопил, приклонил мою голову к себе, поцеловав в макушку.

Не хочу уходить. Не хочу покидать его.

Не представляю, как я жила без него. Без его прикосновений.

Он обнял меня настолько, насколько позволял салон автомобиля, ничего не сказав.

В этот момент я вспомнила его предложение о побеге.

– Что такое? – услышала его приглушенный голос.

– Помнишь, ты предложил мне сбежать?

Я почувствовала, как его губы растянулись в улыбке.

– Оригинально, правда?

– Давай сбежим!

Тристан отстранился от меня, прикоснувшись рукой к щеке:

– Какая ты странная.

– Пожалуйста! Я не знаю, правда, не знаю, что со мной. Такое чувство, что мы знакомы много лет, – признавалась я.