Нефритовый дворец

Тристан заметил, что я не на шутку напугана, и, к изумлению, отнял руки от оконной рамы, обеспокоенно вглядываясь в мое лицо.

Я вздрогнула. Снова этот взгляд – любящий, нежный, обеспокоенный.

Да кто он? По его словам, мы давно знакомы, но я уверена, мы никогда не встречались. Я бы запомнила его. В этой жизни ни в чем нельзя быть уверенным , но не запомнить его лицо, голос, нежность, с которой он смотрел на меня, как сейчас, – невозможно.

Вопреки голосу разума я встала у окна. Тристан что-то разглядел во мне, и это ему явно не понравилось.

– Соня? – прозвучало как вопрос.

– Почему вы постоянно зовете меня Соней?

Он посмотрел на меня как на сумасшедшую:

– Не смешно, Сонь, поиграли и хватит. Прекращай валять дурака и собирайся. Нам пора домой.

– Я дома, в вот вы – ненормальный. Уходите, пока не вызвала полицию!

Тристан подскочил к окну, прижавшись руками к стеклу, буравя меня тигриными глазами.

– Соня…Не зли меня!

– Меня зовут Юля. Юля Исаева. Идите прочь – иначе вызову полицию, – для пущей убедительности набрала на мобильном экстренный номер.

После этих событий я долго не могла заснуть, ворочаясь в кровати. Почему он называл меня чужим именем? Этот вопрос не давал мне покоя. Мне казалось, что от его ответа зависит мое будущее.

Заканчивался первый семестр, предвещавший трудную сессию. Последнюю в моей студенческой биографии. Я, уверенная в своих силах, не боялась ее, в отличие от большинства моих одногруппников.

После занятий сходила в магазин, купила немного еды. В нашем доме не принято готовить. Да это и правильно: женщины не должны стоять на кухне целыми днями. Что поделать. Семья у меня странная. И сама я привыкла к полуфабрикатам, да и готовить не умею.

Рабочие уже были дома, что-то бурно обсуждали. Среди них я увидела Тристана. Он был самым высоким, красивым. Вечером я расспрашивала папу об этом странном человеке, но получала ответный вопрос – знакома ли я с ним. Не знакома. Не представляю, кто он, чем занимается, и знать не хотела.

За ужином, читая лекции по защите прав потребителей (по нему зачет через два дня), услышала звук шагов – тяжелых подошв по паркету.