Ограниченная территория

Но в остальном Антон не изменился: всё та же непослушная копна волос, которая укладывается в прическу только благодаря долгим стараниям; густые брови; большие, так напоминающие мои собственные, карие глаза с неугасающим огоньком любопытства и доброго света. Благодаря своему размеру они единственные выбивались из симметричного соответствия его правильных, небольших черт лица: аккуратного носа, выступающих скул и заострённого подбородка. Даже маленькая округлая бородка, которая, огибая губы, превращалась в усы, была идеальным продолжением линий.

– Любимая биофизика вместе с твоим новым увлечением – иммунологией. Кстати, ему исполнилось два года.

– Что ты так улыбаешься? – спросил Антон, но в глазах его уже вспыхнули понимающие искорки, а губы тронула ответная тёплая улыбка.

Поднявшись со стула и оказавшись вровень со мной, муж притянул меня к себе и нежно поцеловал в губы. Я почувствовала приятное щекотание.

– Сейчас пойдём, – он ласково убрал с моего лба упавшую прядь волос.

– Это самая непослушная часть моей прически, – я невольно улыбнулась и хихикнула, ощущая, как по телу прокатилась волна тепла – будто только что вошла под струи горячего душа. – Она всегда падает. Даже когда у меня длинные волосы.

– У тебя замечательные волосы. А эта особенность тебе очень идёт. И напоминает о твоей внутренней ранимости. Иногда ты кажется очень жесткой. Я, конечно, знаю тебя, и то, что ты добрейший человек и никогда никого не обидишь. А если вдруг и обидишь случайно, то сразу раскаешься и побежишь угощать печенькой.

– Ой, да брось ты, – увидев в его глазах смех, я хотела шутливо ткнуть его в бок, но не успела – схватив прядь моих волос, он приложил ту к моей верхней губе наподобие усов: – Суровый, суровый начальник.

– Если ты про случай с придурками-работниками, сломавшими электротермометр, то кто-то должен был это сделать, – фыркнула я.

– Но я не такой уж и страшный шеф.

– Антон, ты самый лучший начальник! В меру страшный, в меру заботливый, терпеливый, а главное – мудрый, – я подмигнула ему.

– Милая, ты мне льстишь, но мне это нравится, – засмеялся муж.