Портрет неидеального мужчины

Даша бесшумным шагом подошла к своему прибору и стекла на стул. Она заметила то, что когда Ник заговорил о своей маме, его улыбка изменилась, став горькой. Впрочем, он опустил взгляд, поэтому никто больше не увидел этой перемены.

– Как же так? – озвучила мама мысли, вспышками замелькавшие в голове у Даши. – А как сейчас она себя чувствует?

– Все в порядке…она в порядке, – пробормотал Ник, но его глаза, отстраненно блуждавшие по скатерти, убеждали Дашу совсем в обратном.

– Ну ничего подобного, я тоже многое умею делать.

 – Таня очень кстати свернула с небезопасной тропинки; может, она тоже почувствовала настроение Ника? – Например, фирменную шарлотку. А борщ? Ни капли не хуже, чем мамин!

– Теперь я вижу, что все эти способности передались тебе по наследству, – Ник посмотрел на Таню, тоска в его глазах несколько поубавилась.

Даша наблюдала за его реакциями, понятное дело, исподтишка, пряча нос за бутылкой шампанского.

– Таня, не болтай, а положи человеку крылышек в меду.

 – Мама наконец-таки присела на свое место, все еще пристально и с долей критики озирая собственноручно сымпровизированный пир. – Даш, ты тоже кушай. Тебе салатика подать? Ты что-то бледная сидишь. Все нормально?

– Конечно, – Даша дернула головой, что можно было расценить одновременно и как согласие, и как судорогу.

Мама, видимо, тоже не до конца поняла, как ей следует толковать Дашино телодвижение, поэтому потянулась к квадратной пиале с греческим салатом. Даша же еще не до конца понимала, удастся ли ей сегодня заставить себя проглотить хотя бы кусочек.

– Танюш, вы ведь на заводе познакомились? Кстати, Ник, ты там давно работаешь? – осведомилась мама, энергично накладывая в тарелку Даши рубленую рукколу.

– Нет, Ник полгода назад приехал в Ровно, – сообщила Таня, пока Ник, кажущийся совершенно безмятежным, поглощал куриные крылышки в медовом соусе.

– Приехал? А откуда?

– Из Днепра. Так жизнь сложилась, – так же словоохотливо пояснила Таня.

– Я смотрю, Таня, ты уже как натуральная жена? Слова человеку произнести не даешь?

Даша в очередной раз посмотрела на Ника из-за своего бокала с брютом. Но Ник был спокоен, его породистое нордическое лицо невозмутимо пережевывало гарнир из кабачков с шампиньонами.

– Мама, мы с Ником – как одно целое, – Таня отложила вилку и одарила маму пристальным взглядом поверх этажерки с фруктами. – Мы любим друг друга, и, естественно, знаем все друг о друге.