Второй. Том 1

 – Пусть каждый желающий заключает договор на мордобитие, а то я при поступлении на такое не подписывался!

– Мне кажется, тебе не о чем беспокоиться, – произнёс Бренги, которого Альберт ещё не видел таким недовольным, как сегодня. – По-моему, ему было приятно унизить именно Томара, чтобы показать, что даже лучшие студенты ни на что не годятся.

– Вообще-то, – заметил Ян, почесав нос, – если сегодня он действительно показал усреднённую силу атаки, то это то, с чего стоило начинать. А то получается, что до сих пор мы учились применять щиты, которые не защищают, и атаки, которые не пробивают щиты…

– Погоди, – припомнил Альберт, – а разве не ты говорил, что боевая магия вообще никому не нужна?

– Нет смысла отрицать, – Ян не дал сбить себя с толку, – что область применения боевой магии, мягко говоря, очень ограниченна.

И большинству магов не придётся её использовать, может быть, никогда в жизни. Но уж если всё-таки придётся, то тогда в полную силу, а не как получится.

– Я согласен, – кивнул Томар. – Это было позорно, но лучше как можно раньше узнать свой предел, чтобы когда-нибудь его преодолеть.

– А что это вообще за «средний» уровень, – скептически скривился Бренги, – кто его определяет?

Ян пожал плечами:

– Статистически как-нибудь…

– Ты ещё не достаточно много раз услышал, что магия вырождается, каждый первый курс хуже предыдущего и если мы такие бездарные, то на следующий год, видимо, придётся набирать низших? Тогда, по-хорошему, средний уровень должен понижаться каждый год – но я подозреваю, что нам продолжают навязывать устаревшие мерки.

– Погодите, – осенило Ве, – если маги слабеют, значит, никого сильнее нас всё равно уже не будет, так? Зачем тогда становиться ещё сильнее, чтобы одолеть кого? Да ещё в самое мирное время за всю историю.

– Ну, знаешь, всякое возможно, – пробормотал Леоф. – Раскол Ковена случился считай недавно, и поверь, там была жуткая бойня.

– Ковен – другое дело, они сами по себе, и разборки у них были чисто внутрисемейные. Я говорю про весь остальной мир – города и деревни, где обычной жизнью живут высшие и низшие.

Там все, кто младше нас, будут слабее нас, хоть бы мы все экзамены завалили, так ведь? Остаются, конечно, ещё те, кто старше, но я не представляю, чтобы кто-то вроде Макдуфа пошёл мочить мирное население.

Альберт, вопреки обыкновению слушать молча, не удержался:

– А что, по-твоему, было в пятьдесят девятом?

– А что в пятьдесят девятом? Это вообще не про магию, чисто произвол.