Преданная

Теперь мне больно от того, что я предаю ее, – моего бывшего союзника. Но я спешу отвернуться прежде, чем мне захочется покаяться.

Выбираюсь из штаба эрудитов и попадаю в густую толпу. Машинально ищу привычные цвета фракций, но не нахожу, разумеется. Да и на мне сейчас – серая рубашка, синие джинсы, черные ботинки. Но под новой одеждой – старые татуировки. Невозможно стереть свое прошлое.

5. Трис

Я ставлю будильник на 10:00 и сразу же засыпаю, не успев даже устроиться поудобнее. Однако через некоторое время меня будит не его трель, а чей-то невнятный вопль в другом конце спальни.

Выключаю будильник, провожу пальцами по волосам и несусь к одной из аварийных лестниц. Она выходит прямо на аллею. Там меня, надеюсь, никто не засечет.

Холодный уличный воздух мигом будит меня. Натягиваю рукава до самых кончиков пальцев, чтобы хоть как-то согреть руки, – лето подходит к концу. У входа в штаб-квартиру эрудитов еще слоняется несколько человек, но никто из них не замечает меня на Мичиган-авеню. Все же есть некоторая польза от того, что я маленькая.

Тобиас стоит посреди газона. Он одет в серую футболку, синие джинсы и черную кофту с капюшоном. Его одежда представляет цвета сразу всех фракций, насколько я могу судить. У его ног валяется рюкзак.

– Как все прошло? – спрашиваю, подходя ближе.

– Очень хорошо, – отвечает он. – Эвелин еще сильнее возненавидела тебя, зато Кристина и Кара были освобождены без допроса.

– Отлично, – улыбаюсь я.

Он берет меня за воротник рубашки, притягивает к себе и нежно целует.

Потом чуть отстраняется и говорит:

– Эй. У меня есть неплохой план на сегодняшний вечер.

– Правда, что ли?

– Да, мне пришло в голову, что у нас с тобой до сих пор не было нормального свидания.

– Катастрофы и разрушения имеют тенденцию лишать людей личной жизни, как видишь.

– Все же я хотел бы разобраться, что это значит – ухаживать за девушкой.

Он направляется к гигантскому металлическому сооружению на другом конце лужайки, я иду за ним.

– До тебя на свидания с девчонками я ходил вместе с Зиком.

Заканчивались они, как правило, полным конфузом. В итоге он уходил с той, кого себе выбирал. А мне оставалось молчать в компании с девушкой, которая вела себя так, будто я ее чем-то обидел.

– А может, ты просто грубиян? – шучу я.

– Чья бы корова мычала.

– Ну-ну, я как раз могу быть очень даже любезной, если постараюсь.

– Хм-м… – он в сомнении постукивает пальцем по подбородку. – Ну-ка, скажи что-нибудь приятное.