Избранные

Или закинуться амфетаминами.

– Я никогда не смотрю, как она красится, я чесаться от этого начинаю, – Инес потянулась к телефону и перемотала тот отрывок, где Эстер наносила на себя крем, основу для макияжа, пудру и прочее. Она снова появилась на экране, потягивая чай в своем сером свитере.

– У меня есть для вас кое-какие новости, – сказала Эстер, поигрывая бровями. Она говорила своим специальным голосом, который всегда использовала для записи видео, таким бодрым и одновременно вкрадчивым, похожим на ее настоящий голос, но немного другой.

– Просто супер, – выдохнула Слоан.

– …13 февраля я запускаю свой личный бренд Essy Girl. Это не просто бренд, а образ жизни! – Идеально подведенные глаза Эстер засверкали. – Именно так! Теперь все, что вам нужно, вы сможете купить в одном магазине, там же получить рекомендации и ознакомиться с отзывами на любой продукт! Ты же сама знаешь, что хочешь быть девочкой в стиле Эсси.

– Ну, – сказала Слоан, когда Инес остановила видео. – Это в любом случае было неизбежно.

Инес выключила плиту и положила яичницу на тарелку, стоявшую на столе.

– Я пригласила ее приехать ко мне через пару недель. Присоединяйся. Будь потеплее.

– Мне нравится холод, – ответила Слоан. – Во мне говорит моя северная кровь.

– Нет, в тебе говорит твое упорное желание любить то, что всем остальным ненавистно, и ненавидеть то, что любят все остальные, – сказала Инес и ткнула вилкой в упругие желтки на тарелке.

Слоан вздрогнула при слове «похитить», но ничего не сказала.

– Ты его видела с тех пор, как мы его там оставили? – спросила Слоан. – Он сказал, работает ли тот инструмент, о котором шла речь?

Инес нахмурила брови.

– Нет, он вернулся вчера вечером, закрылся в своей комнате и пока не выходил.

Слоан неожиданно потянуло в сон.

– Может быть, не все так плохо. Если мир рушится – ты же видела ту девочку, упавшую в небо, Господи помилуй, – то если для того, чтобы все исправить, нужна магия, пусть так оно и будет.

– Ну, если на то пошло, именно магия разрушает мир, – мрачно произнесла Слоан.

– Ты так все это ненавидишь, – сказала Инес, кивнув на шрамы на руке у подруги.