Судьба

 – А о контрацепции тебе известно?

Я покачала головой.

– Нет никаких гарантий.

Насмешливое выражение, с которым Тека всегда на меня смотрела, покинуло ее лицо, и она сделалась серьезной.

– Мой токодар, – принялась объяснять я, поднимая руку и демонстрируя обвивавшие костяшки тени, жалящие мою кожу, – это орудие пытки. Думаешь, я бы хотела подвергать ей кого-то, растущего во мне? Даже при условии, что риск минимален. – Я покачала головой. – Нет.

Тека кивнула:

– Весьма сознательно с твоей стороны.

И я добавила:

– Ты знаешь… ведь заниматься с мужчиной можно не лишь конкретно этим.

Тека со стоном закрыла лицо ладонями.

– Я не хотела знать столь интимную информацию! – вполголоса протянула она.

– А ты не задавай наводящих вопросов, умница.

Я нашла комбинезон механика под стопкой полотенец и приложила его к себе. Штанины были длинноваты, так что их нужно было подвернуть. Я снова нырнула в кучу в поисках того, что можно было надеть под него.

– Сколько нам еще лететь до Огры? Ведь ты знаешь, скоро запасы еды иссякнут.

– Еды и туалетной бумаги. Оборотная вода тоже начинает подванивать, – согласилась Тека. – Думаю, мы справимся, если не будем часто перекусывать. Осталось несколько дней.

– Этот корабль отлично оборудован.

Я нашла подштанники чересчур большого размера в углу одной из полок. По моей спине пробежал холодок, и я согнулась, прижимая клубок одежды к груди.

– Ты сама все это сделала?

– С помощью Йорека, – ответила Тека.

Ее взгляд слегка поник.

– Я не знаю, где он сейчас. Он обещал отправить послание из Воа, когда убедится, что его мать в порядке.

Йорека я знала плохо. Только то, что он был мягкосердечнее, чем его покойный отец. И, судя по всему, он – заговорщик. Так что Теку я успокаивать не стала. Мои слова были бы пусты.

– Мы много чего узнаем, когда доберемся до Огры, – сказала я. – И о Йореке в том числе.

– Должно быть, – пожала плечами Тека. – Отправляйся-ка ты на навигационную палубу, Ноавек.

Следующие несколько дней прошли как в тумане. Большую часть времени я дрыхла в камбузе по соседству с раковиной. Или сидела в кресле второго пилота, пока дежурил Акос. Казалось, что задача окружавшей нас действительности заключалась в том, чтобы свести нас с ума. Интересного в ней было мало. Пространство было темным, без единой звездочки, планеты или плывущего корабля – абсолютно однородным.