Эллигент

Трис, пройдя следом за мной, берет меня за руку, но я еще во власти того кошмара из комнаты страхов. Через минуту ужас отступает.

Юрайя проходит контроль последним, и Зоя ведет нас дальше. За КПП уже не так грязно. Полы выложены плиткой, но она натерта до блеска, повсюду – окна. По обе стороны коридора я замечаю ряды лабораторных и компьютерных столов, как в штаб-квартире эрудитов. Но эти ребята, кажется, ничего не скрывают.

Сворачиваем направо. Люди тут же прекращают работать и таращатся на нас. Я ощущаю на себе их взгляды, как теплые солнечные зайчики, и краснею от смущения.

Мы пробираемся в глубину здания. Наконец, Зоя останавливается и поворачивается к нам. Позади нее – круг темных экранов. Внутри него за невысокими столами сидят сотрудники, быстро набирая что-то на клавиатурах. Их лица озарены светом других экранов. Настоящие ночные мотыльки, кружащиеся над пламенем.

Зрелище напоминает мне диспетчерскую, но я не могу понять, чем они занимаются: ведь мониторы погашены. Напротив них расставлены кресла, как будто помещение предназначено для отдыха.

Рядом с диспетчерской появляется пожилой улыбающийся человек, одетый, как и остальные, в темно-синюю форму. Надо полагать, это и есть тот самый Дэвид. Он говорит:

– Наконец свершилось то, чего мы все ждали.

15. Трис

Достаю из кармана фото и нахожу на нем Дэвида. Он стоит как раз рядом с мамой, только лицо не морщинистое да талия поуже. Закрываю пальцем лицо мамы. Надежда, которая зародилось, исчезла как дым. Если бы мать, отец или друзья были живы, они бы встретили нас у дверей.

Мне следовало догадаться, что история с Амаром – просто случайность.

– Меня зовут Дэвид. Как, вероятно, вам уже сообщила Зоя, я – руководитель Бюро Генетической Защиты. Попробую ввести вас в курс дела, – произносит он. – Главное, вы должны знать, что информация, которую вы получили от Эдит Прайор, верна, но… лишь отчасти.

Произнося имя Эдит, он многозначительно смотрел на меня. Я дрожу от нетерпения. Неужели я получу ответы на все мои вопросы?

– Она дала вам ровно столько информации, сколько следовало для достижения целей наших экспериментов, – продолжает Дэвид.

 – Во многих случаях это означало упрощения, умалчивания, а иногда и откровенную ложь. Но теперь, когда вы здесь, уже нет смысла лгать вам или что-то упрощать.

– Вы все время толкуете о каких-то экспериментах, – подает голос Тобиас. – Что это за эксперименты?

– Сейчас мы к этому подойдем. – Дэвид смотрит на Амара.