Эллигент

Земля к западу совершенно черна, словно накрыта темным одеялом. На какой-то миг мне кажется, что я вижу проблеск света, но быстро догадываюсь, что зрение меня обманывает.

Мы сидим тихо. Не думаем ли мы сейчас об одном и том же?

– Как считаете, что там? – прерывает молчание Юрайя.

Зик пожимает плечами, а Кристина предлагает версию:

– Что, если там, по сути, то же самое, что и здесь? Очередной разрушенный город с фракциями?

– Нет, – трясет головой Юрайя.

– Или там – вообще ничего, – предполагает Зик. – Те люди, которые бросили нас здесь… они ведь могли погибнуть.

Меня пробирает дрожь. Он прав: мы не знаем, что произошло с тех пор, как они нас сюда поместили. Не имеем понятия, сколько поколений жило и умерло с тех пор. Что, если мы – последние люди на Земле?

– Это не имеет значения, – говорю я резко. – Мы должны увидеть все своими глазами, а потом решим, что нам делать.

Мой взгляд пробегает по неровному силуэту крыш домов, пока их освещенные солнцем окна не смазываются в одну сплошную полосу.

Юрайя спрашивает Кристину о бунте, и спокойствие рассеивается…

На следующий день Эвелин стоит среди обрывков портрета Джанин Мэтьюз в холле штаб-квартиры эрудитов и объявляет свод правил. Бывшие члены фракций и внефракционники собраны в вестибюле и на улице перед входом, чтобы услышать речь лидера. Солдаты выставили кордоны и держат пальцы на спусковых крючках оружия. Мы под их полным контролем.

– Вчерашние события показали, что мы с вами не в состоянии доверять друг другу, – вещает она, ее лицо серое и усталое.

 – Мы вынуждены ввести более жесткие порядки в том, что касается жизни каждого, пока ситуация не стабилизируется. И первой из подобных мер будет комендантский час. Каждый обязан вернуться в свое жилое помещение до девяти часов вечера. Запрещено покидать общежитие ранее восьми утра. Охранники будут круглосуточно патрулировать улицы, для поддержания безопасности.

Я непроизвольно фыркаю и пытаюсь скрыть смех под кашлем. Кристина пихает меня локтем в бок и прижимает палец к губам.

Чего она волнуется? Эвелин ведь меня не услышит.

Тори, бывшая лидером лихачей, находится в нескольких футах от меня, скрестив на груди руки. Ее рот кривится в ядовитой усмешке.

– Наступает время подготовиться к нашему новому образу жизни. Вы обязаны начать изучение обычной деятельности бесфракционников. Затем мы все будем выполнять работы по расписанию, в дополнение к нашим традиционным обязанностям, – произносит Эвелин и вроде как улыбается.