Пробуди меня

Ты ведь понимаешь это. Та база в Рок-Спрингс – отличная возможность. Там вокруг горы, чистый воздух, Аманде понравится. Для нее это приключение.

– А для меня очередное испытание. Я росла так, Брюс. Это приключение первые два или три раза. А потом – это уже издевательство.

– Картер говорит, что мы там надолго. Чтобы привести базу в порядок, нужна уйма времени. И потом, когда начнется сам эксперимент, ее проверки на пригодность, мы будем там. Будем этим всем руководить. Это на несколько лет. Я смогу меньше ездить в командировки.

Мы сможем больше времени проводить вместе.

– Картер! – Я всплеснула руками. – Ты повсюду таскаешься за своим чертовым братом.

Лицо Брюса потемнело.

– Он единственный, кто остался у меня из родных.

– А я? А Аманда? Мы на втором месте?

Мне было больно это произносить. Но для Брюса еще больнее было это слышать.

– Ты сейчас не права, Грейс. Ты знаешь, как много вы для меня значите. Но Картер тоже моя семья.

Я задохнулась от возмущения.

– Только не он ждет тебя дома.

Не он сходит с ума от твоих звонков, означающих, что я могу тебя больше не увидеть. Не он хранит этот дом и старается сохранять в нем мир и покой, в то время, как ты рискуешь собой на войне. Но зато именно он может спокойно прийти и все это разрушить! По первому его зову ты готов бросить все и ехать на край света.

– Он тоже поехал бы за мной на край света. А ведь это твоя обязанность.

– То есть, я не справляюсь со своими обязанностями жены?

– Я не это имею в виду.

– Не зря я обещала себе, что никогда не выйду за военного.

Последняя фраза хлестнула Брюса словно кнут. Он вздрогнул и нахмурился. Посмотрел мне в глаза. Молчал с минуту, подбирая слова.

– Жалеешь о том, что нарушила свое обещание?

– Теперь и не знаю.

Брюс вскочил и стал нарезать круги по кухне. Он сцепил руки на затылке и шумно выдыхал. Я уставилась в пол, понимая, что не права. Но сказанного не вернуть, а мне хотелось, чтобы он понял, как это важно для меня.

– Ты жалеешь или нет?

– Брюс, я…

– Да или нет, Грейс? – его голос наполнился металлом, а светлые глаза стали походить на грозовое небо.

Милые моему сердцу черты лица вдруг стали жесткими, и я поежилась, не узнав собственного мужа.

– Я не жалею, что вышла за тебя, Брюс. Но жалею, что вышла за военного.

– Но я военный! И я был им, когда мы познакомились, когда встречались, когда я делал тебе предложение. И когда ты говорила мне «да», и в день нашей свадьбы я был им. И все эти годы я военный.