Письма подруге

– Миссис Истбрук, – окликнул меня доктор. – Вы приняли верное решение.

Линдси оказалась вежливой и заботливой. Она терпеливо ждала, пока я слишком медленно вешала сумку, снимала кроссовки и ставила их рядом с вешалкой. Проведя небольшой осмотр, медсестра нахмурилась.

– У вас учащенный пульс. Вы в порядке?

– Мне очень страшно, – шепотом призналась я.

В глазах у меня стояли слезы, но я видела, как на ее лице отпечаталось сочувствие. Ненавижу, когда люди меня жалеют.

– Все будет хорошо. Вам лучше немного успокоиться, чтобы пульс замедлился, тогда вы не так сильно почувствуете препарат.

– Он действительно обжигает вены?

– У всех по-разному.

Она уклонилась от ответа. Значит, это правда.

– Я принесу ваши препараты, а вы пока подышите, постарайтесь успокоиться. Хорошо?

– Это, должно быть, ужасно тяжело – каждый день видеть умирающих людей, нянчиться с ними.

– Далеко не все умирают. Мне нравится работать с людьми. Нравится, что моя забота может кому-то помочь.

– Вы такая крутая, Линдси.

Мое искреннее восхищение заставило ее щеки вспыхнуть от смущения. Скромно улыбнувшись, девушка вышла из палаты и прикрыла за собой дверь.

Секунды тянулись издевательски медленно. Казалось, больничные стены начали сдвигаться. Меня переполнял жуткий леденящий страх, буквально до тошноты. Словно побочный эффект нагнал меня и без препарата.

Я лежала и чувствовала, как слезы слабости, отчаяния, безысходности душат меня. Вопреки словам девушки я не могла успокоиться.

Можешь назвать меня слабачкой, Подруга. Я пойму. Но я резко вскочила, сгребла вещи в охапку и выглянула в коридор. Линдси что-то говорила коллеге на посту, держа в руках пакет с лекарством. Пока человеколюбивая медсестра стояла спиной ко мне, я выскользнула из палаты и выбежала на лестницу.

Сев за руль, я вдруг поняла, что до сих пор держу обувь в руках. От презрения к себе зарыдала во весь голос. С горем пополам натянула кроссовки, без конца бормоча под нос:

– Я не могу. Не могу.

Не могу. Не могу.

По трассе в Скарборо я неслась так быстро, словно совершила дерзкий побег из тюрьмы, а не из больницы. Словно меня догоняют, а если догонят, то насильно скормят весь препарат.

Я добралась до родного городишки, но не поехала домой, а свернула к бару Мэтта.

***

Мэттью Сайкс был моим первым парнем. Первым и единственным, кроме Эда. Мы встречались два года в старшей школе. Расстались, когда я сообщила о решении продать мотель.