Арид. Моё проклятье

– Не включай фонарь, он его заметит.

Прерик все-таки видел в темноте и приказал мне следовать за ним по пятам.

«Кто заметит? 0301?»

– Значит, ты знаешь о нем больше, чем говоришь?

– Есть одна догадка…

Следовать за кем-то в полной темноте, когда на небе ни звезд, ни луны, когда вокруг лишь непроницаемая тьма и по бокам стволы – задача относительно выполнимая. Следовать за кем-то в тех же условиях бесшумно – практически нет. С фонарем было бы проще.

– Кто он?

– Молчи.

Быть бдительным к передвижениям врага, когда ты пытаешься не вывихнуть собственные ноги, почти невозможно.

Кен шумно дышал, и это выручало. Сержант и сам время от времени наступал на мелкие сучки, и треск этот вел меня по пятам звуковой дорожкой, своеобразным указателем. В руках у меня сорок пятый калибр, у Прерика вертушка АК – оружие мы выбирали сами. И я никогда бы не положилась на короткоствольный автомат с широким разлетом. Хотя, может, он прав, и разлет выручит, если ты слеп. Вот только полагаться в военном деле на удачу, а не на собственную сноровку глупо.

Я почти потеряла его из вида, когда Кен на заднице скатился в небольшой овраг. Он шумел, когда выбирался на той стороне, а после…

После я нагнала его уже на дороге, ведущей к дому.

(Tommee Profitt feat. XEAH – Wake Up)

Ворота были распахнуты – меня это напрягало. Распахнуты в полной темноте настежь. Лишь из-за ненадолго вынырнувшей луны я успела разглядеть очертания дома – он был большим.

Луна скрылась.

И в этот самый момент я практически ткнулась носом в спину Прерика. Застывшего, который почему-то не говорил и не двигался. Мне показалось, он увидел что-то, что его шокировало, но спросить об этом я не успела.

По периметру двора – будто кто-то щелкнул дистанционным переключателем – зажглись лампы.

В первую секунду при резкой смене освещения глаза всегда слепнут от света. По моим прожекторы почти ударили. Здесь по углам стояли, как мне показалось, именно они, стадионные галогенные фонари. Только через несколько секунд мне удалось увидеть, что перед домом, направив на нас оружие, стоит человек. Мужчина. А у его ног на земле… два тела. Наши снайперы, конечно, и оба мертвы.