Арид. Моё проклятье

Она обожглась о проявившуюся в нем жесткость, не могла выбить из него ни причин нового настроения, ни повлиять на него. Через сутки она получила звонок от доброжелателя, сообщившего о том, что ее собираются похитить и пытать, ибо Арид опасен, и руководство желает повлиять на него. С Гердой случилась истерика, после шумный сбор чемоданов и полный слез уход.

Арид не простил. Не её. Но ни одного из тех, кто стоял в тени. Эти люди до сих пор время от времени пытались, пока он хитроумно закручивал узлы и гайки, избавиться от него.

Тщетно. Теперь прислали… это…

«Капрал Джейн».

Кем в своей основе должна быть женщина, чтобы отправить себя на службу? Чем она должна быть ведома – желанием много получать? Попытками доказать, что она стреляет точнее мужчин? Бегает быстрее, подтягивается лучше? И как можно не осознавать, что каждый из них дважды после заката попытается добраться до твоей промежности и вложить туда свой член? Кем бы ни являлась Дэйзи Джейн, в голове ее вместо мозгов была комковатая шпатлевка.

Глядя на пленницу, Арид тлел и потрескивал, не испытывая ни единой теплой эмоции.

Он уважал женщин за женственность, за умение быть другими, за внутреннюю мягкость. Герда не была идеальной, но она умела быть женственной.

«Успела ли Джейн стать подстилкой Лардену?» Если так, то он капрала не бережет, раз отправил сюда. Превратил в пушечное мясо.

Выжидая тех, кто придет следом, Арид собирался устроить капралу несколько экспресс-тестов – на выдержку, на выносливость, на терпение. На стрессоустойчивость во всех смыслах.

Желает быть полноценной единицей, служащей среди мужчин? Пусть пройдет через его жернова и, быть может, многое в себе откроет.

Его белая ярость потрескивала и требовала выхода. Он вроде бы выгорел три месяца назад, но, как ни странно, потеряв практически всё, он стал собой. Больше не нужно было принуждать себя быть для кого-то хорошим и справедливым командиром, теперь можно было вообще не быть человеком. Арида это устраивало; разливалась внутри опасная для других, но притягательная для него самого свобода.

Иногда ему вообще казалось, что все случившееся – к лучшему, оно, как по запросу, повернуло все так, что он, наконец, стал тем, кем действительно хотел быть. Каким хотел быть.

С Джейн он, возможно, поиграет. Заставит ее пройти босыми ногами по раскаленным углям в том случае, если она не попросит хозяина дома о милосердии. Не попросит так, что некая его часть откликнется. В любом случае «цветочку» придется постараться.