Он – Форс

Их он опасался больше, чем потерять свои активы. Того, что они опять внесут в его понятную и размеренную жизнь боль и хаос, в очередной раз расколют мир надвое.

– Нет.

Соврать получилось легко, я давно врала. Точнее, говорила то, что он хотел слышать. Если бы призналась, что меня этим утром тормозили дважды, у него забарахлило бы сердце.

– Хорошо.

Он доел и почти сразу потянулся к зазвонившему в кармане телефону, вытер губы салфеткой.

– Да, знаю, – ответил коротко и рвано, – видел новости. Не знаю… Встретимся в офисе.

«Что в новостях?»

– Что-то случилось?

Он никогда не делился со мной проблемами, лишь отделывался отговорками.

– Проблемы. У всех, везде. Вся жизнь из них состоит… Я поехал, Вилора, буду поздно.

– Хорошо.

Он не обнял меня, уходя, лишь задержал на мне взгляд, а после просторный холл сохранил лишь запах его одеколона. Дорогого, подобранного консультантом в «Кристи».

Взревел за окном двигатель автомобиля.

* * *

(Danna Paola, MIKA – Me, Myself)

Комната в розовых, бежевых и персиковых тонах – такой отец видел спальню девочки.

Ажурные белые полки; сатиновое покрывало. Обстановка в бунгало Форса – мягкая, уютная – нравилась мне куда больше. Она была настоящей. Здесь же все было напускным, живущим чужим воображением. Но к Итану этим утром? Нет.

Мой телефон, принявший накануне кучу неотвеченных вызовов, теперь молчал, как захлебнулся. Пусть. Я собиралась задернуть шторы и поспать – после жаркой ночи, экстренного расставания без «пока» и сразу четверых встреченных по пути Девенторов неустойчиво дрожало нутро.

Но сначала телевизор. Почему отец упоминал новости?

Засветившийся экран – веселый голос ведущей детского канала. Клик. Природа на «24/7 Релакс». Клик. Обзор матча по футболу, бегающие по полю игроки в белых и красных майках. Клик.

А после я вросла в кровать, на которой сидела – горел остов машины. И дом, дом за забором, где это случилось, выглядел очень знакомым.

– … а теперь к повтору утренних новостей, – вещала одетая в розовый костюм женщина с серьезным лицом.

 – Сегодня около шести утра на Хилтон-драйв прозвучал взрыв. Как мы видим, злоумышленники подожгли дорогой автомобиль, возможно, подорвали его взрывным устройством или гранатой. Владелец редкой коллекционной машины, ныне не подлежащей восстановлению, пока отказывается комментировать происходящее.

И да, на экране был он, Кэвендиш. Растерянный, злой, с красным лицом.