Любовь вслепую

Неясно, как сплелись наши пальцы; новый поцелуй погрузил в полнейшее нежелание помнить прошлую себя. Только настоящую. Не может быть слепым мужчина, чьи плечи так сильны, чья спина так крепка, чья кожа пахнет так, что вдыхать хочется только её.

Дальше подо мной появилась кровать, словно сменился кадр кинофильма.

Я пронзило знание – всё будет. Я позволю ему делать все, и он сделает все. Будет, наверное, лучше, чем я себе это представляю, а после я не захочу уходить. Более того, я не смогу его обворовать – не позволит совесть.

«Мэй… Мэй! Мэй!» – колотила изнутри логика, голову заполнял улетучившийся до того рационализм.

Все верно, я не могу так делать. С каждым встречным, у кого желаю украсть. Или то, или другое. Не так сложно было дать ему понять, что я желаю оказаться сверху. Слепой мужчина подчинился без слов – оказался подо мной на спине. И я выделила себе последние пару минут, целовала его исступленно, почти не могла смотреть в доверчивые расфокусированные глаза, чувствовать, как лавинообразно нарастает огонь.

Чем дальше, тем сложнее остановиться. Уже расстегнута моя блузка и его рубаха, уже вжикнула молния его ширинки, я уже даже сжала через ткань плавок пальцами то, что очень хотела увидеть воочию – нечто налитое, внушительное. Хотелось бесконечно представлять, как прекрасно и неспешно это будет…

Я выдернула себя из процесса с криком внутренней боли: «Остановись ты! Остановись сейчас!»

И остановилась. Выдохнула шумно, застыла, покачала головой.

– Ты ведь не хочешь меня покинуть? – хриплый голос.

И отчаянная просьба в тишине – «только не сейчас».

– Мне нужно… в дамскую комнату. На пару минут.

Он касался моих щек невесомо и жадно, как будто терял. Как будто знал о чем-то наперед.

Нужно придумать, как и куда влить снотворное, нужно продолжить придерживаться плана.

И тут удача, ставшая уже бабкой-сватьей, помогла опять.

– Налей мне, пожалуйста, воды. На столе стоит бутылка, стакан, – его хриплый голос.

Обнаженный участок груди, показавшийся между полами распахнутой рубахи, манил и мой взор, и мои пальцы.

Сильная грудь, накачанный пресс. А там, в пройме ширинки… – я почти взвыла от тоски. Этим вечером я однозначно лишила себя вкусного десерта.

– Конечно, сейчас принесу.

Я поднялась с чужой постели, понимая, что лучшего момента не представится. Даже натренированный слух слепого не услышит шорох ткани кармана, откуда я вынимаю маленькую пилюлю. Не уловит, как я раскручиваю ее, как насыпаю в воду порошок.