Я, ты и дракон

Замуж потом не каждый возьмет, – я кивнула, облегченно выдохнув.

Надобность во лжи отпала сама собой. Лучше пусть думают, что Тибальт заинтересовался мной как женщиной, а не ради дружбы с драконом. На этом с расспросами было покончено, и я с аппетитом вгрызлась в куриное крыло.

Мы собирались по сложившейся уже традиции к реке, когда Лорена задержала Вивьен.

– Иди вперед, я догоню, – вымолвила старшая по кухне и обратила свое внимание на экономку.

Прошло десять минут… пятнадцать, но ее все не было.

Я сидела на берегу, дожидаясь Вивьен, когда раздался знакомый лязг металла и задрожала земля. С каждым шагом дракона кровь все сильнее пульсировала в висках. Ужас ледяной рукой сжал мое сердце.

Я не оборачивалась, смотрела перед собой, чувствуя, как он подбирается ко мне все ближе. Вскоре в водной ряби появились очертания драконьей головы, но отчетливее всего были видны два изумрудных глаза. На фоне огромного ящера я выглядела маленькой девочкой.

– Не знаю, чего ты за мной увязался, но тебе небезопасно в такое время показываться на людях, – осмелилась подать голос.

 – И сделай уже что-нибудь с этими цепями, а то как корова с колокольчиком на выпасе.

Понял ли он меня? Хороший вопрос. Однако ящер фыркнул, испустив при этом облако зеленоватого дыма, расправил крылья и взвился в небо. Только когда он скрылся из виду, я смогла перевести дыхание.

Солнце скрылось за горизонтом, и по небу разлились нежные краски вечерней зари. Руки вновь зачесались повторить картину невообразимой красоты.

Но где взять холст, кисти?.. Вивьен вряд ли сможет раздобыть все это.

«Получишь все, что пожелаешь…» – вспомнились слова Тибальта, толкавшего меня к дракону. В тот момент, когда ящер стоял рядом со мной, я не могла мыслить ни о чем, кроме поглощающего разум страха. Теперь же отчетливо ощущала исходившую от монстра горечь одиночества и прекрасно его понимала. Ведь, по сути, он остался один. После смерти бабушки мне тоже так казалось. Несомненно, и Лена сильно горевала, но мир, в котором она витает, облегчил ее душевные страдания, чего не скажешь обо мне.

* * *

Импровизированная канализация значительно облегчила работу, и у меня появилось побольше свободного времени. Утром, вымыв посуду, выпросила у повара шероховатый лист бумаги, грифель и отправилась на поиски укромного места. Тихая заводь, обнаруженная за изгибом реки, отлично подходила для уединения. Штрих за штрихом из-под моей руки рождалась картина.