История Бернарды и Тайры на Архане

А почему? Потому что боятся. Люди боятся всего: что их не поймут, осудят, обвинят, засмеют, отругают, перестанут любить, начнут зубоскалить за спиной, перестанут приглашать в гости, общаться. Люди боятся даже тогда, тогда бояться, по сути, некого и нечего – просто потому, что так привыкли, просто потому что забыли, что так неправильно, а правильно как-то иначе.

Мы с Тайрой решили ни о чем важном не забывать.

Ну и что, что рискнем? Понравится местным жителям товар? Хорошо. Не понравится? Выбросим и сменим на другой – что мы теряем?

В густой и плотный людской поток самой запруженной улицы Руура, рассекая толпу нашими новыми габаритами и объемными корзинами, мы вплыли именно с таким веселым и решительным настроем.

Ив теперь висел на моем поясе в виде кошелька и был предупрежден о том, что, ежели кто-то попробует сунуть внутрь шаловливый палец, кусать нужно незамедлительно и без предупреждения. Незаметно, конечно. И не меня или Тайру. Кожаные сандалии хорошо продувались, ноги не потели, а свободные тулу окончательно превратили нас в объемных и переваливающихся под весом груженых корзин бабок – то, что нужно.

Если бы кто-то мне сказал, что Тайра умеет надтреснуто, но громко, задорно и призывно вещать, как старая заправская карга, я бы умерла со смеху. Теперь же я была вынуждена ей соответствовать, и, как только закончилась фраза: «Зеркальца! Чистые, блестящие, красивые, привезенные из далеких земель – диковинные и прекрасные!» тут же начинала вторить:

– Чудо-пахучая вода для мужчин! Одна капелька, и женщины облепят тебя, как мухи…

Меня в бок тут же пихнули.

– Тут пустынные мухи только трупы облепляют, чтобы обглодать до костей.

– Ой!

Хохотал так сильно, что трясся мой пояс, вредный смешарик Ив.

– Цыц! – я тут же попыталась исправиться. Прочистила горло и запричитала, как свободная от работы, а потому крайне радостная плакальщица-причитальщица. – Чудо-пахучая, заморская.

– Дин, здесь нет морей, – тут же поправили меня вполголоса.

Я едва не сматерилась.

– Блин… Чудо-пахучая мужская вода! Одна капелька, и самые красивые дамы твои! – интересно, как браслет перевел для арханцев мое слово «дамы»? Я от всей души понадеялась, что верно, а не превратно. – Привезена из далекого Дуза (есть тут такой? Да плевать!), из-за дальнего конца пустыни, ввек такой в Рууре не сыскать. Ароматы разные, все чудесные, мужчины помажутся…

«Женщины не отмажутся», – хотела закончить я, но вовремя сдержалась.