Подкидыш для депутата. Выбор сердца

Ему не нужно продолжать – я и так понимаю, к чему он клонит. Ничего, пусть привыкает к трудностям. Это только начало.

И все же улыбаюсь слегка, пряча взгляд, но мгновенно беру себя в руки.

– Ммм, а я думала, искал новое место обитания себе под стать, – срывается колкость с моих уст прежде, чем успеваю подумать.

Сжимаю губы, мысленно ругая себя: незачем показывать сейчас свое истинное отношение к Дмитрию Щукину! Мне необходимо остаться в его доме, нельзя испортить все излишней импульсивностью…

– Остренький язычок? – усмехается Дима язвительно.

 – Ему больше подошло бы другое применение, – играет, как кот с мышью, да только роли не совсем верно распределил.

– Твоему тоже, – подмигиваю с улыбкой, но стоит Диме смерить меня подозревающим взглядом, как я добавляю. – Например, держать за зубами! И остальные части тела при себе хранить!

Глава 5

Перехватываю Машу на руках и направляюсь к двери, но Дима в два шага оказывается передо мной. Смотрит сверху вниз, как на букашку, и мрачнеет.

– Куда? – ревет мне в лицо.

– Я присмотрела комнату для нас с Машей, – невинно хлопаю ресничками. – На первом этаже, рядом с твои кабинетом.

– Кто тебе позволил бродить по моему дому? – разгоняется не на шутку, как целая центрифуга ярости. – Будете ночевать там, где я скажу! Или вообще на улице!

– Именно в той комнате идеальные энергетические потоки! – несу какую-то чушь, лишь бы отвлечь Диму от гнева. – И мебель по фен-шую расставлена! В неправильных условиях Маша не сможет уснуть и будет плакать всю ночь!

Щукин смотрит на меня, как на местную сумасшедшую, но перечить не спешит.

Видимо, угроза о криках малышки возымела должный эффект. Пока мужчина пребывает в замешательстве, решаю воспользоваться случаем.

Предпринимаю слабую попытку обойти его и сбежать, но она терпит крах. Крепкая мужская рука сжимается на моем локте так, что я с трудом умудряюсь удержать малышку. Морщусь от боли, и Дима на удивление быстро ослабляет хватку, будто пожалел меня.

Хотя у таких, как он, функция жалости неисправна. А скорее, вовсе отключена.

– Паспорт покажи, – рычит Щукин еще более суровым тоном.

– Зачем? – испуганно сглатываю и округляю глаза.

– Ты находишься в моем доме, – продолжает холодно и надменно. – Я должен знать, кто ты и откуда. Документы, я сказал! – рявкает неожиданно, на что Маша незамедлительно реагирует громким плачем.