Дрейк

 – послышался сзади голос продавца. Я резко обернулась и посмотрела на него. Взгляд того теперь был неприязненным, напуганным. Будто я принесла в его магазин ведро с чумой и обмазала ей все углы. – Комиссия – это местная власть. Если они присылают приглашение, то никто не имеет права отказаться, – пояснил усатый, по-видимому, желая избавиться от напасти в виде меня как можно скорее.

Я нервно сглотнула.

Они тут что, все сговорились? Какая Комиссия? Что за форма правления? И с чего бы ей за мной посылать?

– Это он, что ли, – я кивнула на стоящего в проходе мужчину, – приглашение? Вы меня простите, но с незнакомцами я никуда не езжу.

Стоящий напротив, видимо, начал терять терпение. Губы его сжались, глаза холодно, немигающее смотрели на меня. А когда зазвучал низкий бархатный голос, я медленно покрылась мурашками. И вовсе не от возбуждения, а от какого-то липкого страха, расползшегося вдоль позвоночника.

– Сейчас я выйду отсюда, и ты выйдешь за мной. Потом сядешь в машину, и я привезу тебя туда, куда должен.

Там с тобой хотят поговорить. Остальное меня не касается.

Я все еще пыжилась быть храброй, но получалось плохо.

Черт! Что же происходит? И не отстанет ведь этот, похоже. Потому что уверен, что я именно та, кто ему нужен.

А если это все правда? Что, если кто-то на самом деле отдал приказ привезти меня для разговора? Какое-нибудь местное ФСБ, которое они зовут Комиссией. Ведь зовут же они свою страну Уровнем, так почему бы и еще что-нибудь оригинальное не выдумать? Если на самом деле кто-то увидел мое «прибытие» и заинтересовался его необычностью?

Я с надеждой кинула быстрый взгляд на дверь – получится ли сбежать, если резко рвануть? Но такой ведь в два шага нагонит – ноги в два раза длиннее моих.

– Даже не думай об этом, – мужчина в черном легко читал проступившие на моем лице мысли. – Я догоню быстро. А потом скручу в бараний рог и закину в машину. Мне надоедает ждать….

Сквозь усилившуюся от его слов нервозность, я заметила кое-что еще: он был спокоен. И абсолютно уверен в себе.

И будто даже скучал, выполняя свое задание. Так скучал бы тигр, которому поручили сопровождать мышь. А в зеленые глаза почему-то не хотелось смотреть: они были настолько равнодушными, будто сердца и эмоций у этого субъекта не было вовсе. Такие как он рождаются с душой, проданной дьяволу. Для них нет ни хорошего, ни плохого. А есть только…. задания, цели и жертвы.

Я сглотнула, наконец-то сообразив, кого он мне напоминает.

Киллера. Вот кого.