Ассасин

Я гладила разгоряченную кожу, ласкала пальцами затылок, терлась о жесткую щетину. Его запах сводил меня с ума, губы подчиняли волю;

страсть, подобную которой я никогда не испытывала раньше, сводила с ума.

«Я буду страдать. Снова страдать…»

Когда от моих губ на секунду оторвались, я глубоко втянула воздух и прошептала:

– Там, в «Сэнди-Паласе», ты не хотел, чтобы я подходила…

– Не стоит об этом.

Его пальцы нежно перебирали мои волосы.

– Почему?

Я должна была спросить, не могла не спросить.

Ведь я так мечтала о встрече, так желала ее, и теперь понимала почему. Всякий раз, стоило нам приблизиться друг к другу, между нами протягивалась невидимая, но очень прочная нить. А такого не бывает с первым встречным, и значит, он не первый встречный – он особенный.

Ответа все не звучало.

– Но потом ты вернулся…

– Не говори ничего.

– Ты вернулся за мной. Почему?

– Ненужный вопрос. – Он чуть сильнее сжал мой затылок; дыхание его стало тяжелым, мощная грудь вздымалась и опускалась.

Но как уняться, когда это так важно?

– Что толкнуло тебя на это?

– Плохой вопрос. Я предупредил.

Но я уже не могла остановиться:

– Я стала тебе небезразлична?

Мое лицо резко приподняли за подбородок, в этот момент взгляд серо-голубых глаз вновь сделался жестким:

– Вопросы здесь могу задавать только я, это понятно?

Несмотря на ровную, почти равнодушную интонацию в его голосе, мне стало не по себе; я судорожно кивнула.

– Молодец.

И он снова смягчился, чем внес в смуту моих эмоций волну облегчения.

Плохо, если бы за из-

лишнюю разговорчивость он попросту оттолкнул бы вновь, плохо, если бы выставил за дверь и попросил не возвращаться. А пока такого не случилось, еще есть шанс, просто с вопросами придется подождать. Ничего, я терпеливая, я подожду, лишь бы не рубили концы.

Погладив его по щеке, я тихонько спросила:

– А у тебя есть вопросы?

Пауза. Взгляд прищуренных глаз, хитрая усмешка.

– Есть. Взять тебя прямо здесь или сначала донести до кровати?

*****

Ближе к утру он снова вышел на балкон.

Горизонт на востоке едва заметно посветлел, окрашиваясь в розоватые оттенки. Не пройдет и часа, как рассвет окончательно прогонит тьму, смоет монотонную серость с машин и деревьев, раскрасит улицы и дома в яркие сочные цвета. Горстка облаков, словно компания подружек, по неосторожности заговорившихся до утра, все еще висела вдалеке, но скоро и они исчезнут, день будет солнечным.